Двадцать и один год (СИ)

Настольная лампа мягко освещала документы, разложенные перед нами, и каждый лист казался важной частью большой мозаики моей и Жениной судьбы.

- Марина Александровна, я нашла в доме Ивана документы, фото и завещание, которые могут существенно изменить ход нашего дела, — начала я, протягивая ей папку с документами и фотографиями, которые я собрала в ту ночь.

Адвокат внимательно изучила предоставленные документы, её брови нахмурились, когда она перелистывала страницы.

- Это отлично, Лена. Эти документы и завещание могут стать ключевыми в деле о самозащите Жени. А фото так вообще бомба. Иван оказался втянут в крайне сомнительные деяния, и мы можем использовать это для обоснования действий Жени. А так же оказать, что Иван был заказчиком убийства вашего мужа… и заказ должен был выполнить совершенно не Женя. Особенно исходя из переписки в телефоне.

- Но получается, что Ивана Женя все же столкнул…Это убийство…? — неуверенно спросила я.

- Мы аргументируем, что Женя действовал в состоянии крайней необходимости, защищая себя и вас, — объяснила она. — Иван представлял угрозу не только вашей безопасности, но и жизни. Он угрожал пистолетом. У нас есть доказательства его преступных намерений, и это укрепляет позицию Жени. К тому же, ваши показания и показания Леры как свидетелей событий той ночи будут иметь значительный вес.

- А что насчет Светы? Она сейчас живет в доме, который по завещанию принадлежит мне, — я нервно перебирала страницы завещания, которое явно указывало мое имя как единственного наследника.

- Мы отдельно подадим иск о выселении Светы из дома на основании завещания. Она незаконно занимает вашу собственность. Суд будет на вашей стороне, учитывая, что у нас есть чёткие и законные документы на руках, — Марина Александровна звучала решительно и уверенно. – более того она будет привлечена к ответственности как мошенница и соучастница.

- Спасибо, Марина Александровна. Я не знаю, что бы я делала без вашей помощи, — я с облегчением вздохнула, чувствуя, как сильно бьется мое сердце.

- Я…я скоро смогу его увидеть?

Прошло больше трех недель как я видела Женю в последний раз в больнице. Ему передавали от меня передачи и все. И записки. И то…только в смену того полицейского.

Улыбнулась адвокат и пожала мою руку.

Меня впустили к нему спустя только три недели. Но опасность уже миновала. И выглядел он совсем по другому…Стоял сам у окна, курил.

- Разве врачи разрешают тебе курить? – тихо спросила я, он обернулся, вышвырнул окурок в окно и резко шагнул ко мне, сгреб в свои объятия жадно целуя в губы, буквально пожирая их, набрасываясь как сумасшедший, лишая меня даже секунды на размышление. Так что все плывет перед глазами, так что от дикой вспышки страсти все мутнеет.