Двадцать и один год (СИ)

Будь на связи, — прошептала она в микрофон наушника, когда подошла к определённой точке недалеко от дома.

— Понял тебя, Мышка. Всё под контролем. Я отключу камеры, как только дашь сигнал, — ответил Олег, и его голос в ушах звучал как обещание успеха.

Под покровом ночи, освещённой лишь редкими уличными фонарями, Лера начала своё тайное продвижение к дому, где каждый её шаг приближал её к потенциально новой жизни или новым проблемам.

Лера осторожно подкралась к заднему входу дома, каждый её шаг был рассчитан и максимально бесшумен. Олег через наушник давал ей последние указания, синхронизируя время отключения камер.

«Три, два, один... Теперь!» — его шепот в наушнике был сигналом, и вдруг вся система безопасности, как по волшебству, перестала функционировать. Это было идеальное время для действия. Лера воспользовалась моментом, скользнув внутрь через незапертую заднюю дверь, взламывать ничего не пришлось. Вместе с камерами отключились и автоматические замки. Воздух внутри казался стоячим, и каждый звук казался громче, чем он есть на самом деле. Лера напряглась, стараясь двигаться как можно тише. Она знала, что любой неосторожный шум может привлечь внимание охраны.

Лера стояла на пороге своего старого дома, места, где она провела большую часть своей жизни. Её охватили воспоминания. Всё казалось одновременно таким знакомым и таким чужим; стены, которые должны были запомнить смех и голоса её семьи, теперь казались лишь тусклыми тенями прошлого.

Проникая глубже в дом, Лера заметила изменения, которые внесла Света. Новые современные картины на стенах, дорогие, но безвкусные вазы и свежие обои. Каждое новое «улучшение» болезненно ударяло по её сердцу. Это был уже не дом, который она помнила. Света стерла каждый след прежней жизни, в которой каждая деталь была на своём месте, создавая уют и тепло.

Худшее было то, что каждый уголок, который раньше говорил о её семье, теперь кричал о присутствии другого человека. Лера медленно прошлась по гостиной, где новый, безликий модный диван заменил тот, на котором они с мамой любили смотреть старые фильмы. Она прикоснулась к холодной ткани, пытаясь уловить хоть какой-то след старого домашнего тепла, но его уже не было.

Пробираясь в кухню, она увидела, что их большой стол, за которым они собирались каждое утро, был заменён на модный хай-тек остров. Каждый шаг по новым плиткам напоминал ей, что это больше не её дом, это место, где каждый элемент был заменён. Когда она подошла к лестнице, ведущей вниз, её взгляд упал на портреты, висящие в рамках, где когда-то были семейные фото. Сейчас это были лишь изображения каких-то пейзажей и абстракций. Лера почувствовала, как её глаза наполняются слезами от боли и гнева.