Два сына для сурового папы

— Купим тебе твои подушечки, — бодрым голосом заверяет Вика заходя на кухню.

Я поднимаю глаза, удивленно смотрю на сестру. Ведет себя, как ни в чем ни бывало! Словно это не она просидела несколько дней взаперти, совершенно не желая ни с кем общаться из внешнего мира.

— Потом, — отмахивается от моего пристального взгляда. — Систер, лучше дай поесть, — открывает холодильник, в поисках съестного чуть ли не залезает в него целиком.

— Пусто там, — остужаю пыл Вики. — Можешь даже не пытаться что-то нормальное найти.

— О! Морковка по-корейски! — она с триумфом достает пластиковый контейнер с закуской.

— Угу, — скептично киваю. — Срок годности посмотри, — показываю на этикетку.

Вика принимается изучать надписи и цифры на контейнере. Сводит вместе брови, кусает губы. Глаза только и успевают бегать туда-сюда.

— Гадство, — подытоживает сестра бросая испортившуюся еду в мусорное ведро.

— Еще какое, — подтверждаю. Поднимаюсь на ноги, принимаюсь намывать картошку. Хоть клубней всего три, но если грамотно порезать, но всем нам может хватить.

— Давай я омлет замешаю, — Вика берет яйца и венчик. — Ты не против? — уточняет у меня перед тем, как вмешиваться.

— Мешай, — позволяю ей.

Викуся хорошая девушка. Добрая. Я чувствую, что между ей и Давидом что-то нехорошее приключилось. Поэтому понимаю ее поведение, зла на сестру не держу.

Тонкими полукольцами нарезаю картофель, вываливаю его на сковороду, жарю. Сестра уже держит наготове яично-молочную взбитую массу. Мальчики не сводят с нас глаз.

Лешка и Вадим следят за каждым движением, им безумно интересен процесс приготовления.

Картошка доходит до нужной степени приготовления, вливаем взбитую массу, убавляет огонь и закрываем крышкой. Осталось немного. Можно уже время до еды засекать.

— Ребятня, поиграйте пять минут у себя, — Вика обращается к мальчишкам. — Справитесь, мелкие? — с вызовом смотрит на них.

— Пфф, — многозначительно фыркает Лешка. — Не маленькие уже! Справимся!

— Сама ты мелкая, — еле слышно произносит Вадюша. Делаю вид, что не слышала.

Я не хочу заострять внимание мальчиков на плохих словах и некоторых нехороших поступков. Тех, которые они делают неосознанно.

Потому что если сейчас никто из ребят не понимает того, что делает. То потом они все равно будут это все делать, но только еще в голове держать, что так нельзя.

Лучше медленно корректировать поведение. Сложно, не спорю. Но гораздо действеннее."

"— Вадик, ты же у меня уже большой и смелый защитник? — обращаюсь к сыну.

— Угу, — кивает с важным видом.

— Отлично! — лучезарно улыбаюсь. — А ты сможешь залезть на чердак и поискать там какую-нибудь интересную книгу? Мы б после ужина с удовольствием ее почитали.

— Только там темно и страшно, — подмигивает Вика.