Два сына для сурового папы

 — Пчелы! Пчелы! Не кусайте меня!

Оставляю Лешку, подбегаю к Вадику, он с закрытыми глазами машет руками, что есть силы.

— Вадя! Вадя! — тормошу сына. — Успокойся! Пчелы улетели! Открой глаза.

Вадюша слышит мой голос, перестает плакать. Опускает руки, открывает глаза.

— Мама? — вопросительно произносит.

— Она самая, — с нежностью отвечаю.

— А где пчелы? — хмурит бровки, озирается по сторонам.

— Улетели, — произношу с улыбкой. — Ты их напугал.

Обнимаю своих сыновей, успокаиваю. Сквозь пижаму четко ощущаю быстрое биение маленьких детских сердец.

— Давайте ложиться спать, — обращаюсь к мальчишкам. — Ночь за окном, спать нужно.

— Неа, — мотают головами они. — Не будем ложиться!

— Почему? — удивляюсь.

— Страшно, — тихий голос в ответ.

— Лешка, — выдыхаю, тепло улыбаюсь. — Все в порядке, не бойся.

— Здесь спать не будем! — безапеляционно отрезает Вадик.

Сквозь полумрак смотрю на сына. Глаза полны решимости, губы поджаты. Вот-вот расплачется. Мда…

— А где будете? — захожу с другой стороны. Что бы ни назвали, придется отправляться туда.

— Пойдем, покажу, — Вадим слезает с коленей, берет меня за руку, тащит за собой.

Через черный ход Вадюша выводит меня и Лешку на улицу. Ежусь от холода.

Ночи не такие теплые, чтобы разгуливать без теплой кофты сверху. Лето осталось позади.

— Вадюш, мы замерзнем, — пытаюсь достучаться до сына. Ему в теплой фланелевой пижаме не так зябко, как мне.

— Не замерзнем, там тепло, — заверяет и продолжает вести нас дальше вглубь участка. Делать нечего, придется идти за ним.

Вадим приводит нас в небольшую беседку. От посторонних глаз она скрыта высокими кустами, в темноте не могу разобрать какими именно, но точно понимаю, что это кусты.

Открывает дверь, сделанную из гибкого стекла, пропускает нас внутрь. Заходит сам.

На первый взгляд в беседке нет освещения. Но даже если и есть, оно нам сейчас все равно не нужно.

Сквозь ветки проходит свет от Луны. Его вполне хватает, чтобы осмотреться.

Здесь тепло. Закрытые прозрачным гибким материалом окна не пропускают уличный холод. А недавно затушенная печка все еще источает тепло.

Интересное место… Удивительно, что я про него до сих пор ничего не знаю. Да и не видела я его ни разу! Хоть регулярно прогуливалась по участку…

Ну, Марат… Конспираторщик!

— Здесь нас пчелы не найдут! — с важным видом заявляет Вадим забираясь на диван.

— А плохие сны? — с надеждой спрашивает у него Лешка.

— Тоже! — заверяет брата малыш.

Выдыхаю. Не найдут, так не найдут.

Видимо, придется спать здесь. В дом я сама мальчишек не отнесу, а за помощью обратиться не к кому. Не хочу лишний раз беспокоить Рафаэля и Матвея. Они нас до утра все равно не спохватятся, а к тому времени может и Марат с Давидом вернутся.

Интересно, как там они… Волнуюсь.