Два сапога – пара (СИ)

— Мариночка, но тогда почему ты думаешь, что у него кто-то есть? — недоумённо произнесла Римма.

— Потому что он оказался взять меня на корпоратив и не сказал, где он будет проходить. Видимо, чтобы я туда не надумала приехать, — вздохнула Марина.

— О!

— У-у…

— Да, это плохой признак…

— Мариш, а что ты теряешь? — выгнула бровь Марина вторая. — Сама же говорила, что он ни рыба, ни мясо. Может, и не стоит за такого держаться? Конечно, дети, но лучше без отца, чем с отцом-гулякой.

— Да, Мариночка, он же у тебя и выпить не дурак, и по дому что-то сделать не допросишься, — поддержала Римма. — Ничем не отличается от наших.

Женщины закивали головами.

— Гони его в шею! — воскликнула Света. — Вот я своего выгнала, и живу припеваючи.

Следующий час сослуживицы делились опытом, сочувствовали и жаловались на собственных мужей.

Марина еле вытерпела — вот как чувствовала, не надо было начинать!

Наконец, все успокоились и, заверив Марину, что она всегда может рассчитывать на их поддержку, разошлись по рабочим местам.

Вечером она забрала сына из садика, накормила детей ужином, потом проверила уроки у дочери-второклашки, а мысли были далеко — с мужем.

Как он там? С кем? Неужели она не ошибается, и Коля не желает её знакомить с сослуживцами, потому что у него в офисе есть симпатия, о связи с которой знает весь коллектив?

К моменту, когда загремел, открываясь, замок на входной двери, она накрутила себя до состояния сжатой пружины — одно неловкое движение или слово, и пружина распрямится…

— Мариша, — Коля просиял, увидев, что жена встречает его в прихожей. — А Вадик и Алёнка?

— Спят давно, ты на часы смотрел? — прошипела Марина.

— Корррпоррратив! Нельзя было уйти рррраньше, — грассируя, ответил супруг. — Мариш, я та-а-к устал! А меня хвалили, и начальник намекнул, что в следующем году, когда Петрович уйдёт на пенсию, меня снова повысят!

— Я рада, — сдержанно ответила жена. — Чаю налить?

— Чаю… А давай!

— Замёрз? На чём ты добирался, ведь первый час, автобусы давно не ходят, — женщина включила чайник и принялась выставлять на стол хлебницу, колбасную и сырную нарезки, маслёнку.

— Василий подвёз, — раздевшись, Николай поплескался в ванной и, вытирая руки полотенцем, прошёл на кухню. Сел на своё место и с наслаждением вытянул ноги.

— Лучше бы ты вызвал такси, Коля. Разве можно садиться в машину с нетрезвым водителем? У нас же дети! — заволновалась жена.

— Не, не, не! Васёк не пил ни капли! Ему ж нельзя! Жена знаешь, как за ним следила! Что ты — даже пригубить ни разу не позволила!

— Жена? — рука Марины, которой она потянулась к ломтику колбасы, чтобы завершить им сооружаемый для мужа бутерброд, зависла, не дойдя до места назначения. — С Василием была его жена?

— Ну да, а что? — муж ещё раз отхлебнул чай и добавил.