Два мутанта

А я уже чувствую, что готов бить настоящую дичь. Крот с Булем послезавтра вернутся — а у нас свежая зайчатина на столе.

Отплывая с Булем на три дня, Крот наказывал Хомяка почаще вытаскивать на нетяжелые физические работы, а потом заставлять побольше есть и спать. Да и самому Штыку уже хотелось как следует размяться и ощутить твердую землю под ногами.

— Да разве это зайцы, — рассеянно возразил Хомяк. — Название одно. И жрут не пойми что. А мясо — как резина.

— Ничего, — бодро сказал Штык. — Сплаваем, поохотимся. Ты немножко погребешь, чтоб мышцы поработали, развеешься. Заодно, каменной смолы наберем — Крот все равно за ней собирался.

— Не велел Крот без него на берег соваться, — сказал Хомяк, переводя взгляд на Штыка.

— Да брось. Старик перестраховывается во всем. Мы с Булем уже плавали несколько раз, там и аномалий по пути не так много. А после обеда есть пара «окон», когда активность аномалий понижена. Все хорошо будет. Хоть по твердой земле походим.

— Катамаран возьмем? — все так же рассеянно спросил Хомяк, поворачиваясь лицом к далекому берегу южного рукава озера.

— Давай лодку.

Глава 9

Несмотря на возможность следить за всем, что происходит в Зоне и даже далеко за ее пределами, чаще всего мое внимание приковано к подковообразному озеру, где в плавучем доме обитают трое людей, не так давно буквально выдернувших меня в мое нынешнее состояние. До того момента, как на Поле Чудес появилась эта троица, я ни о чем не думал, да и вообще походил больше на печального призрака, которому земные страсти не дают успокоиться в могиле."

"Помню чувство страшной тоски, сжимавшей мою, уже несуществующую на тот момент, грудь, и невыносимую горечь понимания, что ни увидеть сына, ни помочь ему в беде, мне больше не удастся. И вот однажды, прямо посреди самого жуткого места Зоны, где плотность и мощь аномалий практически не оставляет неподготовленному человеку шансов на выживание, я увидел Сашку. Мой сын брел, спотыкаясь, вслед за двумя немолодыми людьми, и вся эта дичайшая процессия двигалась прямо в самый центр аномального скопления. Вдобавок, на краю Поля Чудес стояли люди в черно-красной униформе, не давая Сашке и двум его поводырям выйти обратно. Я испытал самый настоящий шок. Вокруг моего сына бушевали аномалии. И жить ему оставалось считанные минуты.

Я не мог ничего сделать. Мне предстояло пережить зрелище в сто крат более страшное, чем собственная смерть. Невыносимая боль резанула по глазам, перехватила отсутствующее дыхание, вспухла чудовищным шаром в давно сгоревшей груди. И тут я словно проснулся. Не было никакого Сашки. Среди аномалий, вслед за двумя странными людьми, едва переставляя ноги, шел незнакомый мне человек. На смену шоку пробуждения, пришло облегчение и недоумение.