Два красавчика и Я

Помнишь, я говорил об обнаженных друг на друге телах?

Он освобождает меня от футболки, оставив в одном нижнем белье. А потом снимает футболку с себя.

Я думаю, что этот рельеф мышц будет сниться мне до самой смерти. И их плавное, завораживающее движение под контрастными татуировками, которые добавляют какую-то агрессивную сексуальность этому телу.

А потом я ощущаю, как мы соприкасаемся обнаженной кожей, и все мысли вылетают из головы. Я чувствую каждый наш вздох. Мирослав начинает целовать меня, медленно и со вкусом. Я провожу ладонями по гладкой коже спины, сминая ее под пальцами и чуть вонзая коготки. И чувствую нервный выдох.

— Ты из меня выбиваешь остатки самообладания, — хмыкает парень мне в рот. Его пальцы цепляют резинку моего нижнего белья и стягивают его вниз, — не пойдет.

Я чувствую прикосновение внизу, и выгибаюсь от неожиданно горячего желания, которое скручивает мое тело.

— Тебя можно выжимать, — снова хмык на ухо. А когда пальцы проникают внутрь меня, я уже не сдержавшись, издаю стон и вонзаю ногти в него. Он сейчас просто может поиметь меня ими, и я буду кричать от удовольствия.

— Продолжай стонать, — слышу я хрипловатый голос, и он начинает двигать ими внутри. Медленно и слишком возбуждающе, — я остановлюсь, когда ты скажешь, что хочешь меня. Скажешь, птичка.

И он начинает покрывать мое тело поцелуями, продолжая экзекуцию и рукой, и языком. Я чувствую прикосновения губ везде. И легкие укусы. Сдохнуть можно! Посмотрите-ка, сказать ему… одна я должна сходить с ума от желания, будто от него зависит моя жизнь?

Поэтому когда он возвращается ко мне, чтобы снова обменяться поцелуями, я открываю глаза и моя рука проскальзывает к поясу его джинс. А потом сжимает то, что находится ниже. Ого. Призрачная надежда, что в Мирославе можно найти хоть какой-нибудь недостаток,  чтобы не пускать мысленно слюни на его тело, разбивается просто в прах.

— Птичка... не закрывай глазки, — Мирослав пожирает меня взглядом, — твой взгляд... черт. Я же сказал, что ты должна произнести мне вслух, — он усмехается, когда чувствует, что я начинаю стягивать с него джинсы, — какая ты нетерпеливая.

Он умудряется свободной рукой перехватить мои руки и завести их мне за голову, прижав к постели. И склоняется ко мне.

— Говори, — шепчет он, коротко целуя меня в губы.

— Пожалуйста... — вырывается из меня. Моя абсолютная беззащитность, и невозможность что-то сделать, и пальцы, которые по-прежнему медленно двигаются во мне, вызывая волны опаляющего желания, лишают меня возможности сказать внятно хоть что-то.

— Что пожалуйста? — издевается он.

—  Мирослав...

Он смеется мне в рот.

— А еще раз?

Я закрываю обреченно глаза.

— Да Боже! Я хочу тебя!

Он довольно выдыхает со смешком и ощутимо прикусывает меня.