Два красавчика и Я

Эта малюсенькая порция только разыграла аппетит, и я сейчас пялилась, глотая слюни, как Марк цепляет пальцами картофелинку, обмакивает ее в соус и подносит ко рту. И снова. И еще.

Я ловлю себя на том, что пялюсь на его руки с интересом. Может, во всем виновата картошка фри… цепляй он ее другими частями тела, и я бы смотрела на них. Но я все думаю, что у него красивые руки. И длинные пальцы… наверное, ими удобно есть.

Внезапно, в очередной раз зажав кусочек картошки, эти самые пальцы изменяют траекторию движения. И желтый ломтик появляется неожиданно возле моих губ. Я испуганно поднимаю глаза на Марка.

А в его темных глазах прыгают искорки веселья.

—’Анна, ты не наелась? — насмешливо интересуется он, — поделиться?

— Нет, что вы… — смущенно отвечаю я, и стоит мне открыть рот, как кусочек картошки оказывается в нем. Я возмущенно замолкаю. Желудок и вкусовые рецепторы на языке блаженно трепещут.

Марк, усмехаясь, убирает руку. И подвигает на середину стола тарелку.

— Не стесняйся.

— Ммм… Марк Яковлевич, — отмираю я, расправившись с картошкой фри, — не стоит… это будет как-то…

— Мне тебя насильно кормить? Ешь. Или ты на диете? Не порть фигуру. У тебя с ней все отлично.

Тарелка придвигается еще ближе. Я задумчиво сверлю ее взглядом. Во мне борются смущение и голод. Второе, все-таки, побеждает, а смущение подписывает капитуляцию, сбегая с поля боя. Я беру крылышко и едва сдержав стон,вгрызаюсь в него. До чего же вкусно! Кисло-сладкий соус! Нежное куриное мясо! Просто кулинарный оргазм.

Так мы и едим из одной тарелки в полном молчании.

— Сок? —Марк придвигает ко мне высокий стакан с соломкой.

— Угу, — я, не задумываясь, хватаю его и с наслаждением тяну прохладный напиток. Желудок довольно мурлычет.

Я отставляю стакан. И когда спустя несколько секунд поднимаю взгляд, то вижу, как он уже в руках у Марка. И тот задумчиво пьет из него. Из той же соломки!

Кхм.

Я замираю, наблюдая за этой картиной. Уши начинают внезапно пылать так, будто их намазали перцем. Интересно, его ничего не смущает? Мы сейчас выглядим, как реально парочка, жрущая с одной тарелки, и спокойно выпивающая из одного стаканчика.

И не успеваю я помучаться от стыда, как внезапно по бокам от меня на столик с хлопком ставятся руки. И я вижу знакомый браслет.

— Птичка, а птичка, — тихий голос над ухом пробегает по моей шее мурашками, и я стремительно краснею, — дай телефончик позвонить?

— Зачеееем? — блею я, опасаясь повернуться. Спиной я чувствую, как парень нависает надо мной. И задницей чую, что у меня начнутся сейчас проблемы. Вот чую!

— Се-ел, — пропевает Мирослав нежно, передразнивая.

— А Ярославна как же? —  интересуюсь я.

— И у нее сел, — голос Мирослава становится ядовитым.