Два красавчика и Я

Почему-то я на секунду ощущаю укол ревности. Здрасьте приехали! У нас тут спор и свидания… а он уже с другой девушкой отирается вовсю.

Тьфу, Анна!

Марк, тем временем, запихивает меня в машину, и садится сам. Я мотаю головой, отгоняя дурацкие мысли. Но перед глазами все равно появляются разные картинки. Вот они держат друг друга в объятиях и Ярославна томно смотрит на него из-под длиннющих ресниц… Ааааа!!!

Я, с громким стуком, падаю лбом  на бардачок.

— Эээ… Анна?

— Все в порядке, — глухо говорю я, — устала.

Вот нужна мне была эта минутка слабости?!

— Может, домой отвезти?

— Неа, — качаю я головой, — лучше действительно… поесть.

Или, может, не стоило так глупо посылать его своими же руками в сети Ярославны?...

— Что ты думаешь о пицце?

Нет, серьезно, она красивая девушка… любой мужчина ее рассмотрел хотя бы в качестве кандидатуры на «развлечься». Минимум…

— Анна!!!

— А? — я поднимаю голову, растерянно моргая. Марк подозрительно рассматривает меня.

— Ты все паришься из-за родителей? Ничего страшного не случилось…

Парюсь я не из-за родителей, хотя, стоило бы. Особенно после того, как мать поймала меня в коридоре перед выходом и оттащила едва ли не за шкирку в комнату, ранее бывшую моей.

— Аня — мне казалось, что еще чуть-чуть, и ее глаза начнут грозно вращаться, гипнотизируя меня, — послушай внимательно! Я. Ни за что! Не дам свое благословение! На этот брак!

— Мам, да мы…

— Никаких «мы»! Католик, отец дважды разведен! Как ты могла?! Я ожидала, что моя дочь будет умной, и выйдет за хорошего человека, раз и на всю жизнь! Чем тебе Иван не угодил, а?!

Боже… она до конца жизни будет припоминать мне того мажора?!

— Мам, эту тему мы давно закрыли, — со вздохом вырываю я руку из ее цепких пальцев, — он полез ко мне на первом свидании. Под юбку.

— Так вела себя значит! У него прекрасные родители, которые просто не могли воспитать плохого сына! Надо было показать, что ты недоступная девушка, и он непременно оценил бы тебя.

Брр! Нет, уж, спасибо! Пусть лучше оценит кого-нибудь другого!

— Мам, меня ждут. Мне надо идти, — я натянуто улыбаюсь, а мать закатывает глаза.

— Заперла бы я тебя, дуру, дома, с удовольствием, но ведь двадцать девять лет! Жаль, что живем не в девятнадцатом веке. Выпорола бы разок, и дурь всю выбила. Чтоб ноги его больше у нас не было! И если не съедешь сегодня же, я…

Она замолкает. Я поджимаю губы и складываю руки на груди.

— Что сделаешь?

Она молча рассматривает меня, пытаясь, кажется, найти аргументы. Но их нет. В милицию позвонит, что ли, пожаловавшись на развратное поведение дочери?

— Перестану с тобой общаться! — находит она внезапный аргумент.

Я вздыхаю.

—Ладно… — и разворачиваюсь, покидая комнату.