Два деда Мороза для меня

На таких, как мы, только срать могут, но не смотреть… Вот если б…

— Ну да… Флешка помогла бы… — грустно согласился Гном, — черт… ну вот как мы так?

— Идиоты потому что… Думали, воспользуемся ситуацией, возьмем на хапок.

— Да, недостатки планирования налицо, — вздохнул Гном, — говорил я тебе…

— Заткнись, и без тебя херово.

Пауза, потрескивание искусственных бревен в искусственном камине, звон бокалов.

— А с малышкой что делать будем? Она, все-таки, Ковровская дочка… Он нам ее не простит…"

"Я замерла, напряженно слушая. Саня молчал, и ощущалось, что от него, как от ведущего в этой двойке, зависело решение.

— Похер, — наконец спокойно и холодно сказал ледяной Мороз, — я ее не отдам.

Ох…

— Черт… — тихо, волнующе рассмеялся Гном, — ну ты гад! Я чего-то напрягся даже, когда ты замолчал… Думаю, щас как ляпнет «папаше вернуть», и че я делать буду? Я же не отдам… А ты… Цепанула девочка, да? Горячая, пиздец… И такая… Чистая, что ли… Столько баб было, а вот такой, искренней…

— Да.

Холодный голос Сани оттенил тот огонь, который я испытала от слов Гнома. Иррационально, конечно, но было дико приятно. Они не хотели меня отдавать! Даже понимая, что будут проблемы! Понимая, кто мой отец! Не хотели! Себе хотели! Ох… Ну, почему я не тупая малолетка, думающая пиздой? Я бы сейчас текла уже… Хотя, стоп. Я и так теку…

— Она между нами не выбирала, ты заметил? — продолжил между тем Гном, — она по-разному принимала, но не выбирала… Словно чувствовала… Охереть, да?

— Да.

— Ну ладно, этот момент прояснили, можно выдохнуть… Но она же к отцу будет проситься… И вообще…

— Убедим.

— Скандал будет…

— Плевать.

— Ковер, он…

— Похер.

— Бля-а-а-а… А ты завелся, я смотрю?

— Да.

Гном хрипло рассмеялся, судя по звуку, хлопнул ледяного Саню по плечу, затем опять забулькала жидкость.

— Ну чего, пусть спит еще? Или пойдем?

— Пусть спит. Успеем. Времени много у нас.

— Бля, она реально словно миротворица. Джульетта, блять. А мы с тобой — два ебанутых Ромео, готовых забыть о суке-папаше ради нее.

— Только самоубиваться не будем.

— Это да. Я уж лучше Ковра замочу. Потом. Как-нибудь… Слушай, но думал ли ты, что так получится, а? Помнишь, мы в детдоме…

— Помню.

— А теперь…

— А теперь похер. Надоело. Надо дела делать. Она не привыкла по съемным хатам…

— Да… Как думаешь, надолго нас так переклинило?

— Не знаю. И выяснять не собираюсь.

— Вот за что я тебя уважаю, Саня, так это за емкость и окончательность твоих суждений, — заржал Гном, снова звякая бокалом, — если уж ебанулся — то с концами.

Я выдохнула и позволила себе закрыть глаза и расслабиться.

Морозы забавно рассуждали про мое будущее, похоже, искренне желая завершить вражду с Ковровым… Из-за меня… Это грело самолюбие, несмотря даже на дикие домостроевские замашки.