Мне душу рвет чужая боль

Но больше всего Комова потрясла милицейская фуражка, которую следователь обнаружил в квартире.

– Вот, товарищ майор, на полу возле трупа валялась…

Фуражка была уже вложена в прозрачный полиэтиленовый пакет в качестве вещественного доказательства.

– Запаковали зачем? Может, здесь сотрудник милиции живет…

– Ну, может, и живет, – пожал плечами эксперт. – А фуражка на полу валялась, кровь там на тулье…

Кровь была не только на тулье, но и на гербовом орле, на крыле которого Федот заметил знакомый скол. И размер, и вес фуражки тоже вызывали знакомые ощущения… Похоже, это был его головной убор.

– Чертовщина какая-то, – чувствуя, как холодеют ноги, сказал он. – Свидетели есть?

– Не совсем, – покачал головой следователь.

– Что значит – не совсем?

– Соседка убитой видела, как от подъезда отъезжала машина марки «Ауди».

– Не машина же их задавила.

– Нет, не машина. Но машина слишком резво стартовала, женщине показалось это подозрительным. Она запомнила номера…

Следователь назвал номер, после чего у Федота стали отниматься поджилки. Это был номер его машины. И марка «Ауди»… Опять же, фуражка, которую он оставил в машине…

– Что с вами, товарищ майор? – с удивлением посмотрела на Комова следователь.

– Это какой-то бред…

– Это была моя машина… И фуражка моя… Но меня-то здесь никогда не было…

Следователь кивнул, как бы соглашаясь с Комовым, но взгляд его уже был не тот, что прежде, – подозрение в нем, хищная напряженность.

– Когда произошло убийство? – взволнованно спросил Федот.

– Точно пока неизвестно, – покачал головой следователь, внимательно всматриваясь в его рубаху, как будто надеялся увидеть там следы крови.

– А машина… Машина когда отъехала?

– В пятнадцать сорок восемь. Соседка посмотрела на часы…

Федот посмотрел на часы. Восемнадцать тридцать две… Примерно три часа назад инспектор ГИБДД видел, как его «Ауди» въезжала в город. Пусть это будет пятнадцать тридцать. От поста ГИБДД до места происшествия минут десять езды…

– Соседка, соседка… А что, других свидетелей нет? Кто выходил из «Ауди», кто в нее садился, кто выходил из квартиры потерпевшей…

– Почему вы думаете, что это квартира потерпевшей? – вскинулся следователь.

Молодой еще парень, но головастый. И ум у него цепкий, и взгляд. И, похоже, ему все равно, что перед ним врио начальника ОВД.

– Потому что Неверов не может жить в такой квартире. У него особняк на Рублевке…

– Вы знаете, кто убитый? – еще больше насторожился следователь.

– В том-то и дело. Убитый – Неверов Константин Владиславович, генеральный директор сети универсамов «Большая агора»… Кстати, документы при нем были?

– Нет. Ничего не было. Пусто в карманах… Только ключи от машины… Машина во дворе стоит, «пятьсот пятидесятый» «Мерседес».