Души в клочья (СИ)

Пока рассуждала о возможных последствиях, подумала и о своих родителях. Отец, скорее всего, не расстроился бы. Дочерей у него хоть отбавляй, а вот матушка точно оплакивала бы свою непутёвую Дафну. Но недолго. Новые драгоценности, подаренные супругом не ей, всегда волновали её больше родного ребенка. Обо мне женщина вспоминала, только когда нужно было чего-то добиться от отца. Она не была законной супругой правителя. Наложница, каких у папеньки было немало.

Скорее всего, именно поэтому я не воспринимала Лейлу как своего основного врага. Видела в ней сходство с моей мамой. Сносила её задиристость и грубость, но сегодня… когда увидела её с Люцием, что-то изменилось. Что?

Меня вдруг накрыло огромной волной, сбивая с ног. Возможно, стоило просто отдаться во власть стихии и не пытаться выбраться на берег, но внезапно возникший вопрос не давал покоя. Не могла я умереть, не расставив для себя все точки над «и». Барахтаясь, кое-как выбралась на мель и откашлялась. Досада оттого, что я даже утопиться не могу как следует, душила так, что даже свежий морской воздух не мог наполнить лёгкие и облегчить моё состояние. Сил реветь не осталось, жалеть себя — тоже.

Я просто стояла в темноте, мокрая, замёрзшая и отчаявшаяся обрести хоть какую-то надежду в этой жизни.

Внезапно стало тихо. Ветер ослабел, волны на короткое время угомонились, и я заметила, что нахожусь в воде не одна. Прямо передо мной стоял высший. Я отчётливо видела это, так как различала свечение силы в его глазах. Поначалу испугалась, но он не мог не понять, что я рядом, поэтому отмалчиваться или бежать прочь было бесполезно.

— Люций? — узнала я старого знакомого. — Ты почему здесь? Я же видела…

На нём не было рубашки, весь мокрый.

«Откуда он тут взялся? — подумала я, а сама заметила, что стоит диал неуверенно. Пошатываясь. — А вдруг я просто воды наглоталась и он мне привиделся?»

Подошла и прикоснулась сначала одним пальцем, а затем тремя. Оказалось, что принц настоящий. Горячий, словно печка, хотя и купался среди ночи в холодной воде. Осознав, что замёрзла, смело положила ладонь ему на грудь, чтобы хоть чуть-чуть согреться, а затем и вторую. Диал ничего не говорил. Вообще никак не реагировал на устроенный мной беспредел, только подобрался и будто даже перестал дышать.

— Ты же снишься мне, да, любимая? — внезапно спросил он, а я оцепенела от того, как он меня назвал.

Никто и никогда не обращался ко мне так. Даже законный супруг. Да, я знала, что когда-то нравилась белокурому дикейцу, он этого не скрывал, но до признаний дело так и не дошло. А тут такое.

У меня будто весь воздух из лёгких вышибло. Нужно было что-то ответить, но я не могла собрать мысли в кучу.