Целительница моей души

Вот понимала я, что неправильно это — решать конфликты кулаками, но ничего не могла с собой поделать.

— Если что, я своей властью перенесу их наказание на другой выходной, — усмехнулся король.

— Перенесёшь? Не отменишь? — уточнила я, тоже не удержавшись от улыбки.

— Боюсь, на это даже моей власти не хватит, — покачал головой Кейденс с наигранно грустным выражением лица, но в глазах плясали смешинки. Как же он мне нравился вот таким, весёлым и беззаботным.

— Папа, ты же король! Я думал, что всё в твоей власти, — Эррол смотрел на отца удивлёнными глазёнками.

— Скажу тебе по секрету, сынок, — мужчина наклонился к сыну так, что наши с ним головы почти соприкоснулись. — сли кто-то заслужил наказание в академии, то даже король не может его отменить. Конечно, если это справедливое наказание. Поэтому, я очень надеюсь, что когда ты будешь учиться там, то наказания получать не будешь. Ну, или же примешь их с честью, как и положено сыну короля.

— Я приму с честью! — малыш гордо выпрямился, а потом снова приник к моей груди.

— Лучше уж совсем не получать наказания, — я улыбнулась Эрролу и потрепала его свободной рукой по кудряшкам. И правда Барашка, Рэйнард дал братишке очень точное прозвище.

Тут к нам подбежала Лана и протянула Эрролу цыплёнка. Тот с радостью взял в руки невиданное прежде существо, а Лана стала рассказывать ему, сколько цыплёнку дней, и что из него вырастет курочка, такая же, как те, что бродят по саду, и что когда цыплятки вылупляются, они целиком пушистые, а сейчас у него уже на крыльях крошечные пёрышки.

Болтая с малышом, девочка иногда бросала на короля робкие взгляды, словно следя за его реакцией, но какого-то особого благоговения перед королевской особой в её взгляде не было. Думаю, так же она смотрела бы и на торговца тканями, которого я представила бы своим женихом.

И хорошо. Я специально объяснила детям, что хотя и выхожу замуж за короля, но это не значит, что ему нужно кланяться и оказывать прочие почести, во всяком случае, в семейной обстановке. Я уже видела его с детьми и племянниками, знала, что обращение «ваше величество» от тех, кто допущен в «ближний круг» Кейденсу не нравится, он предпочитает хотя бы в кругу семьи побыть не королём, а простым человеком.

К тому же, мы и сами были из королевской семьи, пусть и не самыми близкими родственниками, но я еще помнила, что мои родители на семейных собраниях разговаривали с королём Марторивелином на равных, да и со мной он общался как добрый дядюшка. И я решила, что примерно так же стоит вести себя с моим женихом.

И судя по реакции Кейденса, я не ошиблась.