Душелов (СИ)

А в те моменты, в которые он не занимается, ему каждый раз напоминают, как он подводит семью. Недавно он мне вообще пересказал слова своего дедушки — нынешнего главы его рода. Слова его были такие: «Ты — позор рода, лучше бы ты родился женщиной, или же не родился вовсе.». Когда он цитировал его, было видно, как ему больно просто произносить эти слова, что сказал ему прямо в лицо его родной дедушка. А теперь представь, что почувствует такой человек, которого с рождения презирают в собственной семье, когда увидит, как неродной ребёнок-простолюдин в открытую спорит с такими уважаемыми людьми-аристократами, заменяющими ему родных родителей и которые относятся к нему, как к своему родному ребёнку.

— Зависть…

— Не просто зависть. С той самой первой встречи он возненавидел тебя, считая, что ты избалованный ребёнок, который не ценит того, что имеет, и совершенно не понимает того, как ему повезло. За все три года, что я с ним знакома, я ни разу не видела, чтобы он был к кому-то враждебно настроен, кроме, конечно же, тебя. Поэтому-то я с ним и дружу вот уже три года, хотя обычно я не переношу всех тех, кто хоть как-то вредит тебе…

Это объясняет, почему он так прицепился ко мне…

И, справедливости ради, я ведь действительно за все три года нашего с ним недоброго знакомства ни разу не видел, чтобы он приставал к кому-то ещё, кроме меня. Да и к тому же Тосио он прикопался потому, что тот был рядом со мной.

Не скажу, конечно, что прощаю его или уж тем более чувствую виноватым себя после услышанного сейчас от Карэн — всё-таки личные причины не повод вымещать злобу на ком-то другом, — но тем не менее… теперь я хотя бы понимаю, почему он так обозлился на меня и лезет ко мне вот как уже целых три года.

— Наконец-то, это закончилось… — тихо проговорила Карэн.

Я взглянул на платформу, в центре которой всё так же с лёгкой, беззаботной улыбкой стоит даже не запыхавшийся Тосио, а у его ног лежит Тони, избитый и потерявший сознание…

Глава 8

— Как вам ваш первый учебный день в этом году? — с заботливой улыбкой на лице спросила Гвен Агнэс, — мама Карэн, — поставив на стол тарелки с нашим, судя по всему, полдником. — Для тебя, Эди, он ведь ещё стал первым днём в старшей школе.

— Ну, в принципе, всё прошло, как я себе примерно и представлял, — пожав плечами, ответил я, взявшись за вилку с ножом.

— Ужасно… — мрачно ответила Карэн.

— Та-а-ак… — сразу же забеспокоилась Гвен, отложив приготовление десерта и тут же посмотрев на меня. — Что произошло?..

На мгновение у меня появилось удивление — почему она посмотрела именно на меня, а не на сказавшую это Карэн, а потом я тут же вспомнил о своём положении в этой недо-аристократической школе, и для меня всё встало на свои места.