Душа по обмену

Это опасно — ты можешь однажды навсегда остаться в междумирье или случайно туда кого-нибудь увести.

Последний аргумент показался самым убедительным, настала моя очередь вздыхать.

— Значит, от снобов избавиться не удастся. И что же мне выбрать? В королевской академии простолюдинов, если я правильно понимаю, нет вообще? — Само название этого как-то не предполагало.

— Практически нет, — не стал отпираться отец. — При прежнем короле у простых людей был шанс добиться чего-то своим талантом, сейчас же предпочтение отдаётся только высокородным. Но проводников в академию берут охотно — это ценный дар.

То есть там не просто серпентарий, а с отборными королевскими кобрами. Представляю, как «тепло» они меня встретят!

— Тогда я, пожалуй, останусь здесь.

Тут у меня хоть какие-то знакомые имеются. Та же дэйра Найрис если что, поможет и поддержит, а там придётся начинать всё с нуля в абсолютно враждебной среде.

Отец нахмурился и устало потёр переносицу.

— Но в местной академии твоим деканом будет эйр Дорган.

Упс, как же я о нём забыла! В памяти всплыл суровый вид седовласого родственника, его брезгливый взгляд, презрительно брошенное мне в след: «Дурная кровь» и предостережение Аделы. Пренеприятнейший тип, но что плохого он может мне сделать?

— Я видела маму, когда была в трансе. Она сказала, его нужно остерегаться, — призналась, не зная, что и думать. О перемене душ решила пока умолчать — хватит с Урнана потрясений, да я и сама до конца ещё всё не осознала.

Отец, похоже, ничуть не удивился, только встревожился ещё больше.

— Вот видишь, значит, Доргана тебе нужно избегать, — уверенно резюмировал он.

— Почему? Как он может мне навредить в академии?

— Не знаю, но твоя мама всегда его опасалась. Сам я видел его лишь однажды — на ритуальной проверке в день твоего семилетия. Очень неприятный человек.

— Проверке чего?

— Магических способностей. Если у ребёнка до семи лет не проявился дар, проводят специальный ритуал, чтобы его выявить.

— Так он пришёл убедиться, что я зикфа, а после этого отрёкся?

Потребительское отношение Доргана к родственникам вызывало стойкую неприязнь. Смогу ли я учиться под его руководством? Хватит ли терпения не перечить и не язвить своему деду и декану? Не уверена.

— Думаешь, он попытается мне навредить? — уточнила недоверчиво. До сих пор ведь не трогал, только «дурной кровью» обзывал.

— Навредить? Нет, это не в его интересах, — продолжая хмуриться, возразил Урнан. — Я боюсь, что он попытается вернуть тебя в род. Даром проводника не разбрасываются, а Дорган из тех, кто свою выгоду ни в чём не упустит.

— Что?! Вернуть в род? — От шока и возмущения я резко села, и если бы отец не поддержал, упала бы от сильного головокружения.