Душа по обмену

Ридия смущалась, краснела и категорически отказывалась с ним танцевать, но стоило парню отойти, украдкой провожала его заинтересованным взглядом. Похоже, с внуком Доргана у неё не всё гладко, что неудивительно.

Когда Никей в очередной раз отлучился, пообещав, что в ближайшее время мы, наконец, сможем наведаться в рощу иргаля, ко мне подошла его мать и попросила уделить ей пару минут.

— Но Никей вышел, — напомнила на всякий случай. Оставаться наедине с этой «снежной королевой» не хотелось. Исходящий от неё холод я ощущала буквально физически.

— Вот и хорошо, я бы хотела поговорить именно с тобой, Лестэлла, — попросила именинница чуть ли не умоляюще, что совершенно не вязалось с её надменным, неприступным видом. — Пожалуйста, это очень важно!

Оглянулась назад в поисках Ридии. Заметив, что девушка всё же приняла приглашение Джамиса на танец и, кажется, не скучает, я со вздохом согласилась и вышла из зала вслед за хозяйкой замка.

Глава 32

Она привела меня в комнату, похожую на рабочий кабинет, где имелся большой, добротный письменный стол, такие же стулья, книжные шкафы и диван с двумя креслами. А на стене у окна, занавешенного тяжёлыми бархатными портьерами шоколадного цвета, висел портрет красивого темноволосого мужчины средних лет. Судя по очевидному сходству с Никеем, это был его отец — тот самый мужчина, который любил мою мать и погиб вместе с ней.

Его вдова заняла место за столом и предложила мне сесть напротив, отчего я почувствовала себя соискательницей на собеседовании по трудоустройству.

Женщина долго молчала и просто рассматривала меня, словно чего-то ждала или хотела, чтобы я начала нервничать. Если так, у неё это получилось.

— Вы хотели о чём-то поговорить, дэйра Блордрак? — напомнила, желая поскорее оказаться подальше отсюда.

— Можешь называть меня просто Жаниза, — сказала собеседница, улыбнувшись одними губами, глаза в этом процессе не участвовали. — Мы не виделись со дня помолвки. Ты очень изменилась, похорошела.

— Спасибо, вы тоже прекрасно выглядите, — ответила дежурным комплиментом, гадая, что будущей свекрови от меня вдруг понадобилось. Разговор не обещал быть приятным.

— Значит, ты теперь проводник? — продолжила она после паузы без особого энтузиазма и одобрения в голосе. Как будто зикфой я её больше устраивала.

— Да, как выяснилось, — под пристальным взглядом собеседницы я чувствовала себя неуютно и боролась с желанием посмотреть на дверь в надежде, что кто-нибудь войдёт и прервёт наше уединение.

— Скажи, ты любишь Никея? — огорошила Жаниза неожиданным вопросом.

Интересное начало, неужели она меня для этого сюда привела?

— Вы же сами знаете, — ответила сдержанно и отвела взгляд, изображая смущение.