Душа по обмену

— Мне жаль, но я тогда не понимала, что происходит и не знала о чём её спрашивать, — развела руками, завершив короткий, сбивчивый рассказ.

— Это вряд ли бы помогло, — горько вздохнула Зиэлда. — Исследование останков показало, что мою бедную девочку ударили по голове сзади. Она, скорее всего, даже не видела того, кто это сделал.

Снова стало некомфортно от осознания, что, возможно, где-то рядом всё ещё бродит расчётливый и хладнокровный убийца. Как будто мало мне Доргана с его коварными планами!

— Надеюсь, каратели скоро найдут преступника. — А что ещё скажешь, когда все слова бессильны.

Целительница с сомнением покачала головой, но промолчала, погрузившись в невесёлые раздумья.

— Вы не знаете, при Мириэле не нашли помолвочное кольцо? — Да, это кольцо всё ещё не давало мне покоя. Я почти не сомневалась, что разгадка была именно в нём.

— Ни кольца, ни школьного браслета — кто-то постарался замести следы, — помрачнела Зиэлда. — Не удивительно, что её бедная душа не смогла переродиться и не находит покоя. Как бы мне хотелось увидеть её хотя бы во сне, обнять, попрощаться…

Голос целительницы дрогнул, сорвался. По щекам, оставляя мокрые дорожки, покатились слёзы, а я почему-то почувствовала себя виноватой. Очень хотелось помочь и ей, и Мириэле, но как это сделать, если магия пока под строгим запретом?

— Ох, Зиэлда, мне так жаль! Как только с меня снимут ограничивающие браслеты, я обязательно попробую с ней связаться! — пообещала горячо.

Целительница грустно улыбнулась и благодарно погладила меня по руке.

— Спасибо, милая, но не вздумай рисковать и нарушать запреты. Мириэле ты уже не поможешь, а себе — навредишь.

Однако я не могла избавиться от мысли, что преступник близко. И хоть понимала, что за расследование взялись профессионалы, со стороны казалось, будто дело совсем не движется.

— А может, она хотя бы мельком упоминала имя своего парня? Попробуйте вспомнить. Или, возможно, вы видели её с кем-то?

Зиэлда расстроено покачала головой и виновато покаялась:

— К сожалению, я была постоянно занята, уделяла ей мало времени, вот и не досмотрела, не уберегла. Если я что-то и слышала, то не придала значения, а теперь уже не вспомню. Хотя…

Она вдруг встрепенулась, задумавшись.

— Что? — на горизонте забрезжила робкая надежда."

"— Мириэла любила рисовать и спешила перенести на бумагу буквально всё, что видит. У неё был талант. Здорово получалось. Однажды я вошла, когда она рисовала молодого человека, но рассмотреть не успела, Мириэла поспешно спрятала рисунок.

Я почувствовала настоящий охотничий азарт.

— А где сейчас эти рисунки?

— После её исчезновения все вещи передали мне. Я сложила их дома, даже не разбирала, наверное, и рисунки там.