Душа на осколки

Щеки девушки невольно вспыхнули, она сделала шаг в сторону от недавно так тесно прижимавшего ее к себе мужчины, снова опуская взгляд.

Когда на плечо легла тяжелая рука уже другого нового знакомого, она непроизвольно вздрогнула. Святой Кастий, заступник всех невест божьих, куда занесла ее жизнь…

— Все хорошо, девочка, не бойся, — его низкий, рокочущий голос действительно помогал успокоиться, или, возможно, дело в руке. Альма всегда считала, что не относилась к тем людям, которым повезло чувствовать направленную на них магию, но что-то подсказывало ей, что этот полукровка уже во второй раз ворожит над ней. Скинуть руку, воспротивиться она не осмелилась. Лишь почувствовала, как страх понемногу отступает.

— Посмотри на меня, — этот же голос был полной противоположностью громогласности усача. Тихий, спокойный, вот только в отличие от фраз, брошенных «другом», как незнакомец сам попросил его называть, этот не оставлял права выбора. Ее не просили, ей приказывали.

И как бы ни было страшно поднять взгляд, направленный сейчас на носки его сапог, сделать это все равно пришлось бы. Тяжелый, прерывистый вздох, и, собрав силы в кулак, Альма вскинула голову, встречаясь глазами с обладателем этого жуткого до мурашек голоса.

* * *И во второй раз он тоже чуть не отшатнулся. Это правда. Они нашли то, что нужно. Через столько лет…

На него смотрели глаза совсем еще ребенка. Во всяком случае, наивности, невинности, немой мольбы и непонимания в них было куда больше, чем знаний о себе и мире вокруг."

"Вот только ограничиться глазами Ринар не смог. Эта наивность, невинность, хрупкость крылась во всем, в каждой черте. Распахнутые перепуганные глаза, слегка подрагивающие крылья ровного носа, сжатые в тонкую линию бледные губы, даже копна беспорядочно вьющихся рыжих волос, спускающихся по плечам, подрагивала в такт с ее страхом. Все это казалось неимоверно правильным и… таким знакомым.

— Как тебя зовут? — еще один оклик, и она снова дергается, словно ожидая удара.

* * *Он смотрел так пристально, так долго, не давая возможности не то, что отвести глаза, пошевелиться. Альма кожей ощущала скользящий по лицу взгляд, он будто прощупывал. Но не было в этом ни похоти, ни отвращения, лишь какая-то странная жадность. Может, жадность по отношению к ее крови, а может… А может, ей не дано понять этого человека… Лорда.

Мужчина был значительно младше своего усатого помощника, значительно моложе, но, кажется, в нем жизни содержалось куда меньше. От него веяло холодом, смертельным холодом, и страх невольно завладевал сердцем девушки.

Выше ее на две головы, он окутывал одним своим присутствием всех вокруг. Не только ее, даже стоящих за спиной она не ощущала, испытывая лишь его пристальный взгляд.