Душа на осколки

Ей было абсолютно все равно, что подумает Аргамон, просто нужно было соблюсти приличие — каких-то полчаса, и она вольна покинуть столовую, чтоб продолжить плакать в комнате.

Ей было абсолютно все равно, что подумает Ринар, по одной простой причине — она была уверена, он даже не заметит, что что-то не так.

— Сегодня паштет, Альма, как ты любишь, — мужчина учтиво улыбнулся, снова смотря на нее и одновременно будто сквозь.

Как девушка ненавидела этот его взгляд. Вечный взгляд приятельского безразличия. Как она хотела, чтоб он смотрел по-другому. Все равно как, лишь бы по-другому."

"— Спасибо, — и ее дежурная улыбка в ответ, скорей напоминающая оскал, но справляться с эмоциями она пока умела далеко не так блестяще, как сидящие рядом мужчины.

— Отдохнула, гелин? — снова окунуться комнате в тишину не дал Аргамон.

— Да, — девушка все еще злилась на него за утро. Понимала, что винить наставника не в чем, что он всего лишь поступил так, как положено поступать учителям с глупыми юнцами, но усмирить злость не могла.

— Вот и славно, завтра продолжим.

— Завтра выходной, Аргамон. Разве вы занимаетесь по выходным? — не будь Альма так расстроена, должна была бы обрадоваться тому, что Ринар осведомлен о том, в какие дни они занимаются, а в какие нет, но это сегодня не доставило удовольствия.

— Леди Альма сама попросила удвоить количество уроков, мой лорд. Гелин не терпится освоить бытовые чары, правда?

Он будто насмехался. Представив, что количество мучительных для нее занятий грозит возрасти в два раза. Альма почувствовала, как щеки наливаются кровью, а гнев закипает в груди. Ей непонятно было одно — зачем он это делает.

— Альма? — теперь на нее смотрели уже две пары глаз. Ринар явно был удивлен словам Аргамона еще больше, чем сама девушка.

— Да, мой лорд? — приложив все усилия, чтоб голос звучал спокойно. Альма подняла взгляд на Ринара. На Аргамона смотреть сейчас бы не смогла.

— Ты не против того, чтобы удвоить количество уроков, гелин? — как же хотелось стереть с его лица это убийственное спокойствие. Как же хотелось, чтоб он хоть немножечко, хоть самую малость ощущал, какой шторм сейчас бушует в ее душе. Хотя и это ложь. Альме хотелось вывалить на него все свои сомнения, сбросить свою глупую любовь на его плечи, и наконец-то вздохнуть спокойно.

— Нет, мой лорд, — но всем этим желаниям не суждено сбыться. Она будет и дальше хранить все в себе, глотать обиду и терпеть товарищеское снисхождение.

— Я рад твоему рвению, — и он не заметил. Ни урагана, ни отчаянья, ни покрасневших глаз. Как всегда ничего не заметил. Кивнул, а потом снова отвернулся, веля сменить блюда.

— Уверена, гелин? Если думаешь, что это слишком сложно, я готов отказаться.