Усмиритель душ (СИ)

— Он погладил кончиками пальцев жилу, вырванную из его собственного тела, так легко, словно уже позабыл о боли, и сухо добавил: — Мои кости и сухожилия связаны с земной веной горы Куньлунь и небесным столпом. Касаясь их, можно заставить землю и небеса содрогнуться. [2]

Он сделал сложный жест пальцами, и сухожилие превратилось в золотой луч, устремившийся прямиком в лоб Короля Призраков. На краткий миг юноше показалось, что он может слышать волнение всего мира: как грохочут и ревут сотни гор.

Внезапно он вознёсся на невиданную высоту, откуда мог ясно видеть каждую гору и каждую реку с их бурными течениями.

Голос Куньлуня, когда тот заговорил, раздался будто бы внутри него самого.

— Отныне сотни тысяч гор будут подчиняться тебе. Пусть ты и не отринул своё происхождение из племени призраков, но, полагаю, теперь ты наполовину бог. В будущем ты сможешь свободно перемещаться между тремя измерениями. Более я не несу за тебя ответственности.

— Я никуда не уйду! — перебил его Король Призраков. И, помолчав, нерешительно добавил: — Ты ведь здесь. Я не хочу уходить.

— Я не смогу остаться надолго, — сказал владыка Куньлунь, обращая свой взор на Реку Забвения, чьи воды простирались далеко вперёд. — Я всего лишь первозданный бог. Я не могу уйти, но и навечно остаться — тоже. И я чувствую, что мой конец уже близок.

— Какой ещё конец? — запаниковал Король Призраков. — Куда ты пойдёшь?

— Никуда, — спокойно ответил Куньлунь. — Я умру.

— Нет! Как бог может умереть?

— Боги тоже умирают. Разве Паньгу, Фу Си, Нюйва и Шэнь-нун всё ещё живы? Теперь настал мой черёд.

Услышав это, юный Король Призраков гневно воскликнул:

— Если бы Великая Печать не существовала, если бы ты не помог Нюйве сотворить четыре столпа, если бы не превратил своё тело в Лампу Хранителя, тебе не пришлось бы умирать, верно? Тогда я срублю это дерево и пробью проклятую печать!

Порой юный Король Призраков напоминал маленького пушистого волчонка — погладь по голове, и он подставит беззащитный живот. Однако у него всегда были клыки, и стоило потерять бдительность, как он немедленно скалился, норовя вцепиться в горло.

Владыка Куньлунь давно об этом знал, и его это не заботило. Поэтому он протянул руку и потрепал Короля Призраков по волосам:

— Не умирать… Жить вечно… Малыш, камень тоже бессмертен, но он всего лишь камень, понимаешь? Шэнь-нун сказал, что пока мы не умрём и не исчезнем, то и не сможем зваться богами. Я всегда считал, что это бессмыслица, но теперь начинаю понимать его слова.

Король Призраков сбросил его руку, неспособный понять смысл этих слов.

Ладонь владыки Куньлуня внезапно стала прозрачной, и Король Призраков поспешно схватил её, пытаясь убедиться, что он никуда не пропадает.