Усмиритель душ (СИ)

Каково тебе будет смотреть на него тогда? А ему на тебя? Неужели это не приходило тебе в голову? Мы такие разные, но все любим одинаково: никто из нас не исключение. Помнишь тот магазинчик мороженого, который ты обожал в детстве?

Юньлань медленно покачал головой.

— Твоя мать не позволяла тебе жрать всякую гадость — считала, что это вредно для здоровья. А тебе так сильно хотелось мороженого, что ты даже голодовки устраивал — так тебе оно было нужно. И тогда у меня появилась идея: я начал брать тебя в этот магазинчик трижды в день и каждый раз покупал тебе по два здоровенных ведра. Даже когда у тебя болел живот, мы всё равно ехали туда, ещё целый месяц, и в итоге — стоило мне упомянуть мороженое, как ты начинал плакать и цепляться за дверной косяк, умоляя оставить тебя дома.

Чжао Юньлань с видимым трудом улыбнулся.

— Подумай снова, — спокойно попросил отец. — Сколько ещё вы с твоим профессором сможете продержаться?

Столь рассудительному тону сложно было возражать. Юньлань перебирал в голове варианты ответа. В горле у него было сухо: Юньлань нашарил на дверке бутылку воды, выпил из неё половину и медленно произнёс:

— Я знаю Шэнь Вэя очень давно, с самого начала моей работы. И пап, я знаю, что ты имеешь в виду, но есть в этом мире люди, с которыми нельзя обращаться плохо, несмотря на влечение, красоту или похоть. Иначе… Как дальше жить?

Отец взглянул на него: Чжао Юньлань тяжело осел на сидении, прикрыв глаза, и выглядел сейчас ещё более усталым, чем прежде.

Помолчав, отец неохотно признал:

— Ладно. Ты теперь взрослый, и твои поступки меня не касаются. Если ты правда веришь в то, о чём говоришь, то мне больше нечего тебе сказать. Но ты должен будешь когда-нибудь привести его с нами поужинать.

— Спасибо, — тускло отозвался Юньлань, не чувствуя ни облегчения, ни радости. Тревожная морщинка застыла между его бровей. — Пап, может выпьем?

Отец смерил его взглядом и развернул машину.

Они приехали в небольшой местный ресторанчик, пустынный и тихий, и усевшись за стол, отец раскрыл перед Юньланем меню и сказал:

— Заказывай, что хочешь. Я заплачу. — Он кивнул официанту. — А мне, пожалуйста, принесите чаю.

Они сидели друг напротив друга, и любой прохожий мог заметить, насколько отец и сын были похожи. Один пил чай, а другой глушил вино, но ни один из них не мешал другому ни жестом, ни разговором.

Опьянение никогда не отражалось у Чжао Юньланя на лице: чем больше он пил, тем больше бледнел, вот и всё. Однако, когда перед ним уже стояли две пустые бутылки, отец подозвал официанта и приказал:

— Принесите ему медовой воды. Когда настроение не очень, можно немного выпить, но я твой отец и должен заботиться о тебе. Ты так желудок сорвёшь или отравишься.

Помедлив, Юньлань признался:

— Я голоден.