Усмиритель душ (СИ)

Чжао Юньлань беспечно позволил утащить себя прочь.

Втолкнув его в кабинку мужского туалета, Шэнь Вэй запер дверь и понизил голос, глядя на Юньланя в тусклом холодном освещении:

— Это была Атака Теней?

— Ну да, — беззаботно кивнул Чжао Юньлань.

У Шэнь Вэя потемнело перед глазами, и он замахнулся, чтобы хлестнуть его по щеке.

Но даже вложив в неслучившуюся пощёчину чудовищную силу, ударить этого человека он просто не смог. Его раскрытая ладонь замерла возле уха Юньланя.

— Шэнь Вэй? — озадаченно позвал тот, замерев на месте.

— Не говори ничего! — Шэнь Вэй побледнел от гнева и стиснул зубы, чувствуя, как дрожат руки. — «Люди и боги, никто не выживет!» — хрипло процитировал он. — Какой грозный и храбрый нам достался Хранитель. Ты… Разве ты не боишься небесной кары?!

Чжао Юньланю едва ли доводилось видеть Шэнь Вэя настолько рассерженным. Видеть его в такой ярости было больно, и Юньлань торопливо взял его холодные пальцы в свои.

— Это всё я виноват, да, я виноват. Хочешь ударить меня — так бей, но только не злись. Пожалуйста, не злись на меня.

Шэнь Вэй отдёрнул руку.

— Я не шучу! Тебе известно, что призыв Теневой Армии — заклинание тёмной магии, запрещённое во всех трёх мирах? Ты понимаешь, с чем заигрываешь? И чем рискуешь? Законы природы тебе нипочём, так ведь? Неужели, чтобы ты одумался, должно случиться самое плохое? Ты… Ты… — Оборвав себя, Шэнь Вэй помедлил, а затем дрогнувшим голосом выдохнул: — Что мне делать, если что-то случится с тобой?

Чжао Юньлань порывисто обнял его и поцеловал в волосы:

— Прости, малыш. Прости меня, я виноват.

Этой бережной лаской он надеялся успокоить Шэнь Вэя, но тот лишь рвано выдохнул и оттолкнул его, с силой вжал в стену одной рукой и сгрёб за ворот второй.

— Не нужно пытаться обдурить меня, — хрипло предупредил он, — твои отработанные годами трюки здесь не сработают.

— Тогда чего ты от меня хочешь? — беспомощно улыбнулся Юньлань.

И эта улыбка заставила светящуюся в глазах Шэнь Вэя ярость медленно отступить. Его лицо смягчилось… Невозможно было оставаться злым на Юньланя, даже если бы тот неосторожно пробил дыру прямо в небе.

Вздохнув, Шэнь Вэй разжал пальцы и тихо сказал:

— Можешь ли ты хоть иногда держать себя в руках?

Чувствуя себя виноватым, Чжао Юньлань торопливо кивнул. Пусть ему самому до сих пор и казалось, что ничего особенного не произошло, но если Шэнь Вэй так переживает, значит, на то есть причина, и Юньланю было за что извиняться.

Шэнь Вэй бережно взял его раненую руку в свои и спросил:

— Болит? — Юньлань покачал головой. — Прости, только что… Я немного вышел из себя.

— Ты оттолкнул меня, — тихо сказал Юньлань. — И накричал на меня. С другими всегда такой вежливый, а на меня наорал.