Усмиритель душ (СИ)

— Тогда записывай, — приказал Юньлань и спросил вторую жертву: — Госпожа, как ваши ноги?

Это была женщина средних лет, которую персоналу пришлось привязать к постели, чтобы не дёргалась слишком сильно. Она кивнула, и её глаза наполнились слезами.

Чжао Юньлань вытащил бумажник, но внутри него не было ни одной банкноты или монеты. Зато там скрывалась толстая пачка жёлтых талисманов.

— Талисманы в нашей работе очень важны, — пояснил он Го Чанчэну, перебирая их кончиками пальцев, — нужно хранить их в порядке по категориям: боевые, необходимые для экзорцизма и так далее… Иначе когда они тебе понадобятся, в решающий момент ты не сможешь быстро найти нужный. Как ими пользоваться — тема отдельная…

Не обращая внимание на громкий плач пострадавшей, шеф Чжао говорил спокойно, словно вёл неторопливую лекцию.

У Го Чанчэна подобная выдержка отсутствовала, и он не услышал ни слова, не в силах оторвать глаз от страдающей жертвы.

— Теперь о ней, — продолжил Чжао Юньлань, словно профессор в медицинском институте, объясняющий своим студентам природу вещей на трупе. Подойдя к женщине, он аккуратно отогнул ей ухо. — Третьего глаза у тебя нет, так что и добродетель тебе не видна. Но в этом может помочь простой талисман. — Вытащив один из жёлтых листков, он показал его Го Чанчэну. — Талисман третьего глаза.

Чанчэн помедлил, прежде чем приблизиться, и Чжао Юньлань шлёпнул талисман ему на лоб прямо между бровей.

Го Чанчэн, замерев, ощутил жутковатую волну холода, исходящую от талисмана, и вместе с ней что-то словно ударило его по лбу, заставив мир вокруг закачаться и перемениться… Вот только что именно изменилось?

— Подойди и взгляни, — приказал Чжао Юньлань.

Го Чанчэн послушался и с ужасом обнаружил, что пациентку густо облеплял тёмный туман, а измотанное лицо обернулось жуткой маской и носило на себе отчётливый отпечаток близкой смерти. Её ноги были особенно густо укрыты туманом, словно кто-то отрезал их от её тела тупой пилой.

А за ухом женщины темнела чёрная отметина, расползалась по шее, как чудовищное родимое пятно.

— Подобная метка свидетельствует о множестве пороков, — произнёс Шэнь Вэй из-за плеча Чанчэна. — В Книге Жизни и Смерти хранятся записи о добродетели каждого человека. Когда кто-то творит зло, призраки оставляют чёрный отпечаток пальца за его ухом. Чем темнее отпечаток, тем страшнее преступление. В нашем случае, её проступки не велики, но их много: значит, она не совершила ничего ужасного, но в своём эгоизме часто предавалась мелким проступкам. — Помедлив, Шэнь Вэй добавил: — Подобное поведение не заслуживает смерти. То, что с ней случилось, несправедливо.