Усмиритель душ (СИ)

Даже если когда-нибудь я тебе надоем, и ты захочешь уйти, я тебе не позволю. Если понадобится, придушу тебя собственными руками.

Чжао Юньлань глупо моргнул: ему потребовалось время, чтобы прочувствовать и осознать эти слова.

В своём профессоре Шэне он, наконец, учуял присутствие Палача Душ.

Вместо того, чтобы отреагировать на эту чудесную и свирепую речь, Юньлань вытащил из-под кровати аптечку и добыл оттуда антисептические салфетки. Присев на краю кровати, он потянул на себя окровавленное запястье Шэнь Вэя и, нахмурившись, осторожно протёр его рану.

— Угораздило же меня, — вздохнув, буркнул он, разбавляя нежность своих действий грубостью слов.

После этого силы окончательно его оставили. Его спецотдел полнился полулюдьми и полупризраками, но ни на кого из них нельзя было положиться. Приходилось самому вертеться, как белка в колесе. Сменив окровавленные простыни, он окончательно растерял настроение заниматься любовью и просто повалился в постель и откровенно вырубился. Дыхание его замедлилось и успокоилось.

Теперь он, наконец, правда крепко спал.

Шэнь Вэй взглянул на своё аккуратно перевязанное запястье и осторожно приподнял край одеяла, чтобы, задержав дыхание, бесшумно улечься на другую половину кровати.

Прижав ладонь Чжао Юньланя к своей груди, он закрыл глаза.

Он никогда не думал, что наступит день, когда ему удастся проспать всю ночь. Сон приходил к нему редко и никогда не отличался нежностью, и о тихих, спокойных ночах Шэнь Вэй мог только мечтать.

Он уже очень, очень много лет не был так счастлив.

На следующее утро его разбудил странный запах с кухни, и Шэнь Вэй несколько долгих мгновений не мог понять, где находится. А потом его взгляд упал на перевязанное запястье, и на вечно бледном лице Шэнь Вэя расцвела краска.

Что он наделал прошлой ночью! Что наговорил!

Всё это… У него просто не было сил об этом думать.

— Утро, — радостно пропел кто-то.

Подняв глаза, Шэнь Вэй увидел Чжао Юньланя с палочками во рту. В руках Юньлань нёс широкий поднос с пятью углублениями, каждое размером с небольшую тарелку.

Пяти углублений как раз отлично хватало на двоих людей, чтобы разделить четыре блюда и суп, и больше ничего не пришлось таскать с кухни.

Тот, кто придумал это чудовищное орудие лени, заслуживал отдельного наказания.

А ещё оно было заставлено не менее чудовищной едой: слева направо на подносе горделиво высились стаканы с лапшой быстрого приготовления, над которыми поднимался пар, мешаясь в совершенно непередаваемый аромат.

Шэнь Вэй молча хлопнул глазами.