Усмиритель душ (СИ)

А когда мимо него прошла пара девушек, он вдруг открыл рот: очертания его головы исказились, выпустив наружу длинный чудовищный язык, метнувшийся в сторону прохожих.

Го Чанчэн распахнул глаза, наблюдая за происходящим, а одна из девушек вдруг запнулась и едва не свалилась с ног — подруга с трудом успела её поддержать. Из машины Чанчэн не мог расслышать, о чём они говорили, но зато сумел разглядеть, как странное полупрозрачное облачко отделилось от тела упавшей девушки и втянулось прямиком в разинутую пасть существа в шляпе.

Однако стоило Чанчэну обернуться, и на тротуаре уже не было никого, кроме обычных людей и снега.

Испуганный до глубины души, Го Чанчэн вытащил шоковую дубинку, которую дал ему шеф Чжао, и затолкал её в карман куртки, накрыв пальцами сверху. Твёрдость оружия под рукой придала ему сил, и Чанчэн медленно поехал прочь.

Больше всего в новой работе ему нравилась эта дубинка и стабильная зарплата.

На следующий день, стоило Го Чанчэну явиться в офис, и у него перед носом тут же замаячила карточка из кафетерия с именем Чжу Хун.

— Малыш Го, сегодня я хочу говяжий пирог! Из песочного теста, и молоко не забудь!

Го Чанчэн сбросил сумку и без всяких возражений помчался в кафетерий. В дверях он нос к носом столкнулся с Чу Шучжи, который уминал жареные блинчики.

— Доброе утро, братик Чу! — бодро поприветствовал его Го Чанчэн.

Чу Шучжи его радости не разделял и едва удостоил Чанчэна взглядом и тяжёлым вздохом.

Однако стоило Чанчэну попробовать проскользнуть мимо, как Чу Шучжи вдруг резко обернулся и схватил его за ворот, подтаскивая к себе поближе.

— Погоди-ка, во что это ты вляпался?

Го Чанчэн уставился на него огромными непонимающими глазами.

Тогда Чу Шучжи принялся крутить его, как куклу, пахнущими блинчиками руками: развернул от себя, ощупал плечи и спину, и даже похлопал по животу, а затем вытер пальцы и отпихнул Чанчэна прочь:

— От тебя разило неудачей. Я почистил, можешь валить.

У Го Чанчэна покраснели глаза и уши, и он сбежал торопливыми мелкими шажками. Чу Шучжи, хмыкнув, сожрал ещё один блинчик и пробурчал себе под нос:

— Чем этот пацан занимается? Никогда не видел, чтобы добродетели на ком-то было так много, аж капает, словно масло…

Описание вышло настолько вкусное, что Чу Шучжи невольно облизнулся.

— Еды! — потребовал Чжао Юньлань, заваливаясь в офис, и беспардонно ощупал карманы Чу Шучжи. — Еды, я сказал!

Чу Шучжи возражать не посмел.

А Юньлань, отобрав у него варёное яйцо, вытащил из холодильника пачку молока и вскрыл прямо на месте.

— Моё! — завопил Да Цин. — Моё молоко! Перестань таскать мою еду, ты, бесстыжий ворюга!

— Хочу и буду, — пожал плечами Чжао Юньлань, глядя на него сверху вниз. — И что ты мне сделаешь?

Ответить Да Цину было нечего.