Гарольд Дурсль

Думаю, что ни мистер Малфой, ни Сириус и ни вы, мистер Файервол, к этому не причастны. Под подозрением папы Сайфа и… детишки.

- Ах, ты ж, горгульин сын! - Люциус едва не взвыл от досады. - Как я забыл? Драко! Выпорю и реветь не дам! Спускайтесь.

Драко вздохнул и закапал слезами. Но тут же решительно вытер мокрые щеки, достал платок и тщательно высморкался.

Гарри вскочил с пола и дернул Драко за рукав:

- Не ной. Скажем, что это я высыпал эти споры.

- А ума хватило бы? - Сайф отвесил Гарри несильную затрещину. - Скажем так - Невилл это дело вырастил, а я распылил.

- Нет, я! - Блейз запрыгал на месте. - Я же могу сказать, что случайно, и мне поверят.

- Ладно, мелочь, пойдем сдаваться. Врать будем по обстоятельствам.

В комнату они вошли все вместе и замерли единой группой. Гарри демонстративно уставился прямо на Сириуса. Драко нащупал его руку и сжал. И с таким же вызывающим выражением посмотрел на отца. Люциус сокрушенно вздохнул:

- Драко, ну скажи, зачем?

- Чтобы знать, - твердо отчеканил Драко. - Вот он, - кивок в сторону Файервола, - сказал, что хочет знать, за что может умереть. Но он может уйти и забыть о нас. А мы должны. Ты знаешь это и готовишь нас. К чему, отец? Пожалуйста… - Драко сорвался и всхлипнул.

- Тонкослезый. Совсем, как Нарси, - Сириус подошел к детям и прижал к себе всех, кого смог обнять. - Бедные вы мои. Вам бы еще в солдатики играть, а мы вас воевать учим. Люциус, - он обернулся. Гарри никогда не видел у крестного такого беспомощного выражения. - А может, ну его к драклам это пророчество и карты эти? Возьмем детей и рванем на другой конец мира. Пусть без нас разбираются.

Люциус так же беспомощно покачал головой:

- Не выпустят. Я прощупывал почву. Хотел увезти Драко. Спасти.

Драко вскинул голову.

- Без Гарри я никуда не поеду, - отчеканил он. - А еще Сайф, Невилл, Блейз. Мы вместе.

Гарри потянул Драко за плечо, отводя его за спину. Он все еще не понимал, что происходит, но знал, что это его битва. И его предназначение. Сильные, взрослые люди готовятся назвать его повелителем и умереть за него. Это пугало. А он с детства знал, что страх - это последнее, чем надо думать. И, хотя ему больше всего хотелось убежать и спрятаться, он выступил вперед. Говорить ничего не пришлось, да он все равно бы не смог сформулировать все сразу. И желание наорать, и потребность выплакаться, и самое главное - неистребимый интерес. Почему? Почему он? Сириус ответил сам:

- Гарри, есть пророчество, по которому только ты сможешь уничтожить Волдеморта. Но свихнувшийся от переизбытка силы монстр не самая главная проблема. Магглы - вот, что страшнее.

- Их много больше, чем нас и они боятся неведомого. Они смеются над суевериями и тайком бегают к прорицателям. Но что будет, если к ним попадет хоть один из нас? - Томас отошел к камину и провел рукой сквозь пламя.