Дурной ген

Хотя разговор с Эвелин и всколыхнул неприятные воспоминания о пациентах, с которыми ей приходилось иметь дело во время клинической практики, Арья порадовалась, что не спасовала. Ее усилия были вознаграждены. Теперь она точно знала то, что уже подозревала раньше: у Керы Якобсен был роман с мужчиной, с которым она предположительно познакомилась во время рождественских праздников, и по какой-то причине их связь держалась в тайне. Арья дорого бы дала, чтобы выяснить эту причину. В переходном возрасте, живя в особняке в Гринвиче, она посмотрела несколько мыльных опер и теперь предположила, что герой-любовник женат. Если Арья и вынесла какие-то знания из потраченных на сентиментальные сюжеты часов, они заключались в следующем: любовничек, скорее всего, заливал Кере, будто намерен развестись, но существует некая малоправдоподобная причина, по которой бросить женушку пока невозможно, и надо подождать. А затем наступила неудобная беременность, обострившая ситуацию и вызвавшая безвременную кончину Керы Якобсен.

— Ах ты, мудила гребаный, — пробормотала Арья сквозь стиснутые зубы, хлопнув ладонью по закрытой двери лифта, — я тебя вычислю во что бы то ни стало!

Будто в ответ на ее вспышку гнева прибыла лифтовая кабина. Арья потянула на себя дверь, открыла ее и вошла. Когда внутренние створки закрылись и Арья вспомнила, какие звуки издает во время движения эта дрянная штуковина, оставалось лишь надеяться, что чертов антиквариат не сорвется внезапно с тросов и не полетит вниз с высоты четвертого этажа, разумеется, вместе с ней. Кошмары с подобным сценарием снились Арье с тех самых пор, как ее няня Фабиола рассказала, что с маленькими лифтами порой такое случается. А раньше Арья любила кататься на лифте в их доме в Гринвиче вверх-вниз, лишь бы сбежать от няни.

Вскоре Арья снова ехала в северном направлении, на этот раз по Восьмой авеню. Движение в это время было уже не таким плотным, поэтому машины прибавили скорость. Отчасти загипнотизированная фантасмагорией пролетающих мимо размытых городских огней, Арья не думала ни о чем определенном, позволив мыслям блуждать, как им вздумается. Она была довольна собой: во-первых, смогла встретиться с Мэдисон Брайант в суматошном, переполненном ресторане, а во-вторых, благодаря усилию воли переговорила с весьма странной Эвелин Мабрай в дверях ее наводящего тоску жилища. Обе беседы окупились, и Арья радовалась ощущению, что совершает нечто полезное и осмысленное. Поначалу месячная стажировка в бюро казалась сплошной скукой, но сегодняшний день преподнес неожиданность в виде обнаруженной при вскрытии беременности. Теперь возможность добиться хотя бы малюсенькой гендерной кары будоражила и дурманила молодую женщину.