Дурной ген

 — Извини, что свалила это на тебя, но Барт не смог сразу дозвониться до Джорджа Фонтуорта, вот и связался со мной. В любом случае думаю, что по ряду причин ты лучше Джорджа разберешься с этим делом. Хендерсона, наверное, тоже потрясла смерть Арьи?

— Он уже знал, — ответил Джек. — Полиция сообщила то ли ему, то ли Вернону Пирсу. В общем, он оказался в курсе.

— Хорошо, — сказала Лори, — значит, тебе было чуть полегче. Они там в медцентре, наверное, не знают, что и думать. Вторая передозировка за неделю! Мягко говоря, не лучшая реклама.

— Карл снова предложил, чтобы вскрытие сделали у них, но я сказал, что по закону оно должно быть проведено сотрудниками бюро.

— Думаю, на Хендерсона просто давят сверху, — предположила Лори. — Я рада, что ты еще раз прояснил для них этот вопрос.

— Мне вот что важнее: как ты держишься? — спросил Джек. — Знаю, мы вчера вечером все обсудили, но мне все равно стыдно, что я оставил тебя с утра одну.

— Хочешь, могу встретить тебя в фойе больницы, — предложил Джек.

В этом нет необходимости, Джек, — с намеком на раздражение в голосе произнесла Лори. — Сколько раз тебе говорить, что все будет нормально? Насколько я понимаю, прямо из фойе меня отправят на подготовку к операции. И не переведут в палату, пока наркоз после операции не отпустит. А ты сосредоточься на ситуации с бедняжкой доктором Николс.

— Хорошо-хорошо, — сказал Джек. Меньше всего на свете ему хотелось сейчас осложнять жизнь Лори. — Я разберусь с аутопсией и навещу тебя в палате после операции. Не знаешь, в какую именно тебя положат?

— Если не случится ничего непредвиденного, то в восемьсот тридцать восьмую палату павильона Киммеля. Там и увидимся. Люблю тебя.

— Я тебя тоже люблю, — проговорил Джек.

Он еще несколько минут посидел у себя в кабинете. От обоих звонков у него осталось ощущение смутного беспокойства, хоть он и не понимал почему. Хлопнув ладонями по столешнице, Джек встал, потянулся и вышел в коридор. По пути к лифту мозг переключился с мыслей о телефонных разговорах на предстоящее дело: аутопсию Арьи Николс. Он не мог не гадать, каково это — препарировать человека, с которым работал накануне. Без всяких сомнений, тут не избежать эмоций, которые вдобавок усугубятся его негативными чувствами в адрес погибшей.

Переговорив по телефону с доктором Джеком Стэплтоном, Карл впервые за последние недели почувствовал себя лучше. Образно говоря, ему показалось, будто тучи начали расступаться, позволив первому крошечному солнечному лучу осветить небо, до сих пор темное, грозовое, пасмурное. Кошмар начался меньше месяца назад, когда Кера превратила вечер, который он надеялся провести приятно, в катастрофу, сообщив о своей беременности. Причем не только о беременности, но и о радости по ее поводу.