Дурной ген

За годы совместной работы лаборант немало узнал о судебной медицине. — Ни разу не видел, чтобы людей убивали при помощи воротников.

Тщательно изучив шейный отдел, они обнаружили, что подъязычная кость и щитовидный хрящ, которые обычно повреждаются во время повешения, на этот раз целы. Помимо кровоизлияний в мышцы шеи, единственной патологией оказались закупорки левой сонной артерии и левой яремной вены, совпадавшие с глубокой бороздой на внешней поверхности шеи, которая тянулась вверх, к правому уху.

— Согласен, вероятность убийства ничтожно мала, — кивнул Джек. — Итак, что же мы скажем полиции?

— Не знаю, — ответил Винни. — Покойный вроде бы показался подавленным его другу, который упомянут в отчете. Я думаю, это может быть самоубийство.

— На мой взгляд, это неважно.

— Рад слышать, потому что ты прав, — проговорил Джек. — Установлено, что две трети самоубийц записок не оставляют. Если парень был пьян и депрессовал, он, естественно, не стал искать ручку и бумагу Хочешь узнать, что, по-моему, с ним произошло, учитывая результаты вскрытия и отчет Дженис?

— Думаю, бедолага так надрался, что не смог открыть садовую калитку и осел прямо перед ней, не заваливаясь назад. Просто ноги стали как ватные, подкосились, и он зацепился воротником за щеколду. Остановить его щеколда не остановила, но воротник при этом пережал левую артерию и яремную вену. Тут и сказочке конец.

— Значит, несчастный случай, — сказал Винни.

— Да, мое толкование будет именно таким.

— Доктор Стэплтон! — позвал чей-то голос.

Джек обернулся и увидел Сэла Д’Амброзио, еще одного лаборанта.

— Прошу прощения, доктор, что беспокою, — начал тот, — но меня попросили передать, что пришел Барт Арнольд и хочет немедленно с вами поговорить. — Сэл показал на ведущую в коридор дверь. Хотя ее окошко и затягивала сетка, Джек смог разглядеть лицо Барта. Тот жестами подзывал судмедэксперта к себе.

— Черт, почему он не наденет фартук и не зайдет? — спросил Джек.

Будучи главой судебно-медицинских дознавателей, Барт регулярно появлялся в помещении для вскрытий.

— Не знаю, доктор, — отозвался Сэл. — Но он чем-то сильно взволнован.

— Господи боже, — пробормотал Джек.

Потревожить его посреди аутопсии значило наступить на любимую мозоль. В то же время он понимал, что сейчас провозился дольше обычного, затягивая процесс на тот случай, если для него больше ничего не найдется. Во многих отношениях зал для вскрытий служил Джеку убежищем.

Он положил тупоконечные ножницы, которыми орудовал во время вскрытия шеи, поручил Винни заняться черепной коробкой и направился к двери.

— Что такое? — спросил он, оказавшись лицом к лицу с Бартом, грузным и почти лысым: лишь от виска до виска тянулась по затылку полоска клочковатых седеющих волос.