Дурман для зверя

И тем более я не намерен извиняться за ту ситуацию, которую она сама целиком и полностью спровоцировала. Поставив, между прочим, под угрозу жизнь Родиона в первую очередь.

— Девочка просто устала ждать решительных действий от тебя!

Ну естественно!

— Бедняжка.

— Прекрати это, сын!

— Нет, мама.

— Ты не забываешься ли, противопоставляя себя семье? — Наконец-то гнев, настоящая эмоция сквозь треснувший вечный стокилометровый слой льда. — Кто ты без нас? Глупый щенок, пустое место!

— И я тебя люблю, мамуля, но не могла бы ты уже меня покинуть. Глупому щенку и пустому месту нужно немного поработать, чтобы у семьи, без которой я ничто, было на что позволять себе привычный образ жизни.

— Ты немедленно уволишь Родиона и велишь ему вернуться к себе!"

"— Сожалею, но у меня нет причин увольнять его. Да и гнать родного брата прочь из дома — натуральное скотство, не находишь? Он меня нисколько не стесняет.

Сверкающие острые ногти скрипнули по кожаной обивке кресла, выдавая бешенство матери, но поднялась она медленно и, как всегда, грациозно.

— Я так понимаю, что тебе стоит взять время на обдумывание и принятие единственно правильных решений, — произнесла она с неестественной невозмутимостью. — Что я была бы за мать, если бы этого не понимала и не пошла тебе навстречу. Не волнуйся, занимайся ПОКА спокойно своими делами, а я пообщаюсь с Аланой и ее семьей, все им объясню и прикрою тебя до момента твоего неизбежного переосмысления ситуации. Удачной поездки, сынок.

— И тебе всего хорошего, — ответил уже ей в спину и последовал за ней, намереваясь пресечь любой возможный выпад в сторону Аяны, при этом усмехаясь и качая головой. Интересно, сколько понадобится «подходов к снаряду», чтобы до нее хоть частично дошло, что беспрекословно подчиняться я больше не буду и добиваться своего ни впрямую и сразу же, ни в обход и продавливая упрямо и неотступно, у нее не выйдет. И странное дело, сейчас, решив не уступать ей, я вдруг ощутил себя дурным, упертым, но в то же время… счастливым, что ли, пацаном. Не тем, кто был вынужден сразу принять взвешенный и взрослый взгляд на мир и свои обязательства перед всем и всеми, а желающим… ну изучить его заново… Черт, лезет же в голову всякое. На самом деле нет ничего радующего в том, что я вынужден противопоставлять себя своей же матери. Это ненормально. Даже где-то гадко, но… но… но. Это моя семья, и не я изначально установил в ней правила.

В приемной мать притормозила-таки перед стоявшей у стола Людмилы Аяной, демонстративно игнорируя мое намекающее продолжить путь нависание у себя за спиной, и уставилась на мою кукляху своим «фирменным», вгоняющим в пол кого угодно взглядом.