Боярышня Дуняша

Это была самая любимая фантазия, но вот сейчас она как-то съёжилась, запахла кровью и болью.

Угомонилась Дуня только в большой горнице княгини. Машеньку там встретили, как родную. Проводили взглядами, когда она привычно устроилась в самом темном уголке и забыли о ней, а с Дуней стали сюсюкать и вручили веретено.

— А можно, я клубочки мотать буду? — жалобно попросила она у раздававшей задания тетки.

— Так тем самые маленькие занимаются, — удивленно вскинув брови, заметила она, но огляделась — и получалось, что Дуня самая маленькая и есть!

— Ну что ж, держи.

Маша укоризненно посмотрела на сестру, но не выдала её. Дуняшу посадили в том же дальнем уголке, где работала Мария. Сестра уже достала из корзинки стопочку фетровых квадратов и начала шить игрушки. Постепенно девушки стали подходить к ней, смотреть за её работой и хвалить за выдумку.

Дуняша подвинулась в сторонку и продолжала сидеть, смотреть по сторонам, слушать бабью болтовню и сматывать в клубочки или на палку нитки. Вскоре в горницу вошла жена князя Мария Борисовна с сопровождавшей её ближней.

— Наташка сегодня как вырядилась, — ядовито заметила полная боярышня, сидевшая впереди Дуни и недовольно косившая взглядом на суету возле Маши.

— Это ейный муж взятку у Боровичей получил. Люди говорят, что берёт он много, а делает мало, — ответила ей такая же пышная телом соседка. Но если первая при всей своей полноте казалась миловидной, то вторая напоминала перекормленного поросенка.

— Значит, недолго её муженьку дьяком быть, — обрадовалась миловидная боярышня и, не глядя, подпихнула Дуне новую корзинку с мотками ниток.

Дуняша понимала, что самая младшая здесь, но нарочитое небрежение будило в ней вулкан.

И самое обидное: злоязыкая пышка сидит в том же углу, что и Дуня, только перед ней, а значит не особо родовита. Девочке захотелось пнуть корзинку обратно, но она всего лишь ещё немного подвинула свою скамеечку вбок, чтобы лучше было видно вошедшую княгиню.

Мария Борисовна, как и рассказывала Маша, оказалась приятной женщиной. Княгиня постаралась приветливо кивнуть или улыбнуться каждой девице. Машеньку так вообще подозвала поближе к себе и поговорила с ней. Потом сестра и княгиня поискали взглядами Дуню, нашли и что-то сказали той Наталье, что была сегодня особенно нарядна по словам двух завистливых пончиков.

Наталья поднялась, подошла к Дуняше и улыбнувшись, позвала пересесть поближе к оконцу.

Дуня чуть ли не вприпрыжку побежала вон из выделенного ей угла. Там было душно и темно, хотя последнее помогало скрывать безделье.

Ближняя княгини посадила Дуню на отдельную скамеечку, и взяв в руки кусочки разноцветного фетра, спросила:

— Это же войлок, что татары делают?"

"— Э, ну-у-у почти, — замялась девочка. Секрет таял на глазах.