Боярышня Дуняша 2

За дверью Маша тихо спросила сестру:

— Как думаешь, признается?

— А куда он денется, — хмыкнула она. — Только надо, чтобы их разговор не услышали за стенкой.

Маша понимающе кивнула и хотела было спросить, а как это сделать, как Дуня велела ей:

— Пой!

— Но…

— Да погромче.

И Маша запела одну из песенок сестры про белую березоньку, а та ей задорно подпевала и у них неплохо получалось.

— Вы чего расшумелись? — весьма довольный отец выглянул через некоторое время.

— Да так, — улыбнулись девочки и засмеялись. Мама всё поняла, а отец чесал голову. Невдомек ему…

— Машенька, позови Светланку. Нам надо проведать боярина Афанасия.

Дуня тоже засобиралась проведать.

Женщины чинно вошли в комнатку, где лежал сослуживец и товарищ Вячеслава. Тот ужасно смутился их присутствию, и если бы было куда уползти, то уполз бы, несмотря на сломанные ноги.

— Здравствуй, боярин Афанасий. Рада видеть тебя пришедшим в себя, — мягко произнесла Милослава. — Тут мало места и я отойду, а моя ближняя посмотрит твои раны.

Афанасий кивал, комкая полы кафтана, которым накрывался. Милослава, отошла, давая место Светланке и дочери. А сияющая Дуняшка смотрела на мужчину и чувствовала необычайную легкость. Только сейчас она почувствовала, каким тяжким грузом лежала на сердце взятая ответственность за лечение, а теперь хотелось летать, беспричинно смеяться, шутить, балагурить… Наверное, такое состояние можно было сравнить с опьянением.

Дуне сейчас вдруг всё стало казаться смешным. Она смотрела на волнующегося мужчину, не сводящего глаз с Машкиной наставницы, и веселилась. Вот скажет она сейчас громко и резко: «Сымай порты!» Вот будет веселье!

Уже почти хихикая, она перевела взгляд на Светланку, а та стояла, как девица на выданье и точно так же волновалась."

"«Во дела!» — подумала Дуня. Машкина наставница впервые выглядела так, как будто сквозь землю готова была провалиться. И тут Дуню словно за язык дернули.

— Многоуважаемый боярин, раздевайся, время не терпит! — чопорно велела она.

— Ч-чего? — обалдел он.

— Сымай… рубаху! — чуть тише пояснила она, как будто подсказывала из-за угла.

— А-а-а, — понятливо закивал он и бросился исполнять, но Светланка вдруг закрыла ладошкой глаза, а боярин покраснел, и вместо того, чтобы раздеваться, начал кутаться в кафтан.

— Та-а-ак! — строго протянула Дуня. — Кто это у нас жениться не хочет?! — очень серьёзно спросила она — и все закаменели.

Но первой спохватилась Милослава и схватив дочь за косичку, потащила вон.

— Наша Светланка из старинного боярского рода Андреевых! — едва успела крикнуть Дуня. — Её предки были славными болванами*.

(*те, кто вырезал из дерева богов-истуканов, болванов болванио итал. — страж)

— Ты что творишь?! С ума сошла? — зашипела Милослава.