Думаешь бьётся? (СИ)

Иду на тротуар с проезжей части с сопровождении цокота собственных копытц. Ноги трясутся от возмущения, им понравилось в декабре в босоножках и шлепках гонять, а сейчас снова в ботинки.

— Ты камней туда нагрузила? — Кир мужественно тащит ношу.

Нет. Сувениры. Поблякушки. Лосьоны. Души.

— Песка нагрузила. У нас такого не найти. Рассыплю по квартире и буду рефлексировать.

Кир посмеивается."

"— Будешь себя вести хорошо, в межсезонье слетаем куда — нибудь. Ты шоколадкой стала, — проводит костяшками мне по лицу.

Слетаешь. Не со мной.

— Пошли уже. Сейчас таксист с твоими вещами уедет не дождавшись. Будет их на Авито продавать, а ты выкупать за бешенные деньги.

Бодрости, однозначно прибавилось. Попрощавшись с Кириллом, закрываю дверь и сажусь на пуфик в прихожей. Определенности больше не стало. Если меня каждый раз будет так пробирать от ассоциаций с Костей, то я с ума сойду очень скоро.

Дергаюсь от того, что в дверь кто — то шкребет, стуком это назвать можно только с натяжкой.

Открываю дверь и вижу Наташу. Стоим и смотрим друг на друга без слов. Я в замешательстве. Такой горемычной она давно не была. Никогда. Никогда в её глазах не было столько горечи.

Всхлипывает, из глаз слезы брызгают. Миг и она уже висит на моей шее. Поскуливает.

— Алёна, — выдавливает из себя и от слёз задыхается.

Обнимаю её, прижимая одной рукой к себе, второй дверь закрываю.

— Наташ, ты чего? Пугаешь меня очень сильно, — обхватываю её голову ладонями и вверх поднимаю, стараюсь в глаза заглянуть.

Она старательно отворачивается. Молчит.

— Давай! — Беспокойство на невероятный уровень выходит. — Не хочу из — за тебя поседеть раньше времени.

— Я так виновата перед вами…, - шепчет и снова рыдает. — Я Вадиму изменила, Алёна! Теперь я ничем не лучше его самого.

Кусок льда от моего сердца отламывается. Я выдыхаю. С ума сойти с нею можно. Я уж подумала — умер кто — то. Отпускаю и её и снова на пуф плюхаюсь. Одной рукой глаза прикрываю, второй за сердце держусь.

— Таисова, ну б тебя на хрен. Пздц, как меня напугала! Ты с ним разводиться собралась. Разве нет? Чего рыдать? Тебе хотя бы понравилось? Постоянно меня блатовала на это дело, — сколько мы были с Артёмом, столько она и сватала мне мужиков. — А теперь сама попробовала и вопишь так, что мороз по коже несется.

Он реально несется. Не могу отойти. Руки дрожат.

Ната затихает, смотрит на меня красными глазами и губы свои жует.

Затем как заорет.

— Что ты наделала?! Ты подстриглась зачем? Бог ты мой!

Рядом с ней остаться заикой как нефиг делать. С темы перепрыгивает только так.

— Куда Кирилл смотрел? Вы оба что ли дураки? Сейчас луна убывающая! — всплескивает руками, картинно.

— Ты ко мне заваливаешься вся в слезах. Пугаешь до смерти.