Думаешь бьётся? (СИ)

Даже на маленькой глубине попадаешь в царство маленьких рыб разноцветных.

— Малышка моя, сейчас тебе расскажу тебе кое — что. Ты первый раз настолько далеко от меня, я подумал, — папа замолкает на полуслове. — Подумал, что готов с тобой поделиться. Перед этим хочу сказать, что люблю тебя очень. С твоего дня рождения. И даже раньше. Надеюсь ты сможешь меня понять, — киваю ему, будто он видит. Слезы глаза печь начинают. Хочется сказать, что я тоже, больше чем кого — либо. — Когда вы с Анютой родились, я ушёл от вашей мамы, — я, наверняка, ослышалась. Он не мог мне такое сказал. Поступить так не мог. — Ты не сбросила вызов. Уже хорошо, — грустный смешок в трубке слышится. — Не мог принять тот факт, что у меня такого хорошего родился ребёнок с патологией развития. Где я и где недоразвитость. Мы ведь с Лидой готовились, насколько уровень медицины тогда позволял. Вы маленькие были, на первый взгляд одинаковые, но я то знал… эти знания мешали мне её полюбить, также как тебя. Представляешь? Тебя с первого взгляда. В самое сердце глазки твои светлые меня ранили. С ней было не так, — сложно объяснить, что я сейчас чувствую. Сердце горит. Колотится на разрыв. Вот — вот остановится. — Собрал вещи и в общежитие съехал. Родители к себе не пустили. Бабушка твоя к нам переехала, чтоб помогать, сказав — «Пока не передумаешь, сына у меня не будет». Даже это меня не остановило, деньги привозил, тебя брал гулять. С Аней ни разу. Как — то раз знакомого встретил и он мне говорит — «А ты чего, поочередно с ними гуляешь? Лида сразу с двумя. Похудела бедняжка так, лица совсем нет». Простые слова, Алён, а знаешь как зацепили? Стыдно стало так, что не передать. Видел до этого, что она уставшая, вымученная, но так не цепляло. В течение пары недель вернулся домой, — он делает паузы, словно вспоминая те дни. — До конца дней Лиде буду благодарен за то, что она те два месяца выдержала и меня обратно приняла. Дала возможность исправиться.

Он замолкает и я молчу. Блокирую мысли. Оставляя в себе небольшую веру в то, что он всё таки шутит так не смешно.

— Ты ещё со мной, детка?

— Да, папуль, — шиплю в ответ голос сел.

— Зря рассказывал, да? Мы с мамой вашей договорились, что вы никогда не узнаете. Мне было стыдно. И сейчас. Перед вами обеими. О чем я только думал тогда, как можно было уйти от своих девочек. Но вот такое было, малышка. Я знаешь зачем тебе рассказал? Дело не только в том, что извиниться хочу, и это кстати тоже, — папа вздыхает, тяжело и протяжно. — Я до того случая тоже был очень принципиальным и категоричным. А после… Алёнушка, детка. Человека не только его поступки определяют, но и выбор конечный, усилия приложенные на исправление последствий от собственных действий. Мы все ошибаемся, моё солнышко. Идеальных людей не бывает.