Думаешь бьётся? (СИ)

Меня сестра собственная в родительском доме видеть не хочет. Так что твоя реакция так, курам на смех. — Она же…

— Она же — врач, — Костя, как и я всё понимает. — Даниилу скажи, что всё сделала, — девушка всё равно сомневается. — Аня, пожалуйста, — последнее слово произносит с нажимом. Который раз замечаю, что Костя культурность свою использует для достижения цели, продавливает.

Выходит девушка с таким видом, словно просканировав меня глазами смогла определить, что специалист я никудышный.

Подхожу к нему ближе и еле удерживаюсь от того, чтоб не надавить посильнее засранцу на травмированный участок.

— Ну и что сидим? Оголяйся давай и рассказывай, где был, кого видел.

Он словно нехотя расстегивает рубашку, стягивает её с себя.

Ну что сказать… Хорошо прилетело. К счастью, не мой клиент. Но судя по всему задумка была таковой.

— Почему здесь, а не в вашей больнице? — у господ полицейских и иже с ними нет полюсов обязательного медицинского страхования, зато прикреплены к определенной больнице. Не к этой.

— Тут брат двоюродный работает. А в нашей подруга мамы. Она не в курсе этого, — опускает взгляд вниз. — Надеюсь и дальше не узнает.

Смотрю на него и поражаюсь.

— Ты явно не нравился тому, кто тебя штопал, — честно, результат чьих — то трудов назвать по-другому язык не повернется. — С любовью зашивают иначе.

— И как же? — заводит руки за спину и опираясь на них откидывается назад."

"— Подними, — указываю глазами на край своего джемпера. Дважды его просить не приходится. — Как-то так.

На том же месте где в него рана свежая, у меня уже старый шрам небольшой. С виду он маленький, но ранение было глубокое, нанесено ржавым предметом, заживать не хотело.

— Это, блд, что? — одной рукой продолжает поднимать вверх одежду, второй касается ребер с левой стороны.

— Просила же не ругаться, — отхожу от него слегка, чтоб одежду выпустил из рук, стряхиваю ее вниз и показываю ему как усесться, чтоб нам двоим было удобно. — Года четыре назад освидетельствование нескольким парням проводила после драки массовой. Один из них, очень потерпевший и очень пьяный достал откуда-то отвертку и воткнул в меня, достаточно глубоко. Опер который ща ним приглядывал, я думала откинется, когда меня с торчащей из тела рукояткой увидел.

— А какого х*ра он вообще был с отверткой? Как они его досматривали? — видно что удерживается, чтоб дальше не продолжить ругаться.

Пожимаю плечами.

— Артём спросил тоже самое, — только в более грубой форме. Чуть ли не убил тогда коллегу своего несчастного.

Косте не нравится слышать упоминания о Шумове, но я особа капельку мстительная. А самое главное, он отвлекся. Даже взрослым мальчикам во время смены повязки бывает непросто.

— Почему ты не в больнице? На ногах затягиваться будет дольше.