Думаешь бьётся? (СИ)

— Ну чего ты молчишь? — говорит, постукивая большими пальцами по рулю. Нам повезло словить вечернюю пробку, — Плохим клоуном себя чувствую.

Из меня вырывается смешок. Калоев себя с клоуном сравнил?

— Если я продолжу путь самоуничижения, тебе полегчает, малыш?

— Мне полегчает, если ты меня малышом перестанешь называть? — как не крути, взбодрить меня ему удалось. Не знаю, что на меня так подействовало. Сама по себе ситуация? Скорее просто всё накопилось. При должном настрое мы и поржать с такого могли бы с подругами. Парнишка копил, а потратил впустую. А зная Артёма, дай бог чтоб живой вообще остался, — Артём?

— Что?

— Он живой?

— А как бы тебе хотелось? Думаешь упырки, трахающие накаченных химией девушек жить должны?

— Я думаю, что это не нам с тобой решать? Может быть он впервые.

— Боже мой, как же ты дожила до своих лет? Алён, сколько случаев с изнасилованием через тебя прошло? Ты еще чему — то удивляешься.

— Всякое в жизни бывает. Вдруг бы мне понравилось, — Артём бросает на меня хмурый взгляд. Зачем его злю, я не знаю. Тут только язык себе откусить.

— Говорит человек, который групповуху извращением считает, — усмехается, немного помягче.

— Если ты попробовать решил, то я не против. Ради такого можно возобновить на разок, — произношу с энтузиазмом, разворачиваясь корпусом в сторону собеседника.

Артём резко бьет по тормозам. Прямо посреди городского шоссе. Моя голова дергается вперед. Перегнула палку, я знаю. Я жду, так долго жду, тот момент, когда мы достанем друг друга в конец. Чтоб уже не простить.

Смотрю на Артёма, сидит, плотно сжав губы, челюсть напряжена. Глаза прикрыты. Голова слегка опущена. Сжимает и разжимает обвитые вокруг руля пальцы. Шею мою представляет?

— Алёнка, что ты несешь… Сколько можно…

— Тебе сигналят.

— Объедут, — отвечает так зычно, что я прикрываю глаза. По коже несутся мурашки, — Мне похрен. Я не хочу слышать от своей любимой девушки, что она не против групповух. Ты моя. Только моя девочкой. Неужели так трудно запомнить? Забыла, как меня плющит от мысли, что ты спала с другими, пока мы расставались? Включи уже свой светлый мозг. Где — то умница, а где — то дура дурой. Честное слово, прибить хочется, — заводит авто, и рывком срывается с места, так резко, что меня вжимает в сиденье.

Весь остаток дороги мы едем молча. Хотя мне есть, что сказать. Наорать на него хочется. Девочка его, ну конечно. С его легкой руки я шлюхой стала. Девочкой я была аккурат до нашего с ним знакомства.

— К тебе? — мой мозг включается, когда Артем спускается на подземную парковку.

— Аня с подругами в Азию улетела.

— Вот уж успокоил, это же полностью дело меняет, — выхожу из машины, хлопнув дверью посильнее.