Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

В дверях стоял сияющей новогодней елкой Ростислав Игоревич Ракитянский собственной персоной. С бутылкой шампанского в руках."

"- Сгинь! - Иван попытался захлопнуть дверь, но не на того напал. Рося шустро вставил ногу в дверной проем и завопил как утопающий:- Дуня, пусти меня!!!Дуняша выглянула из-за Ваниного плеча.

- Ваня, ты уверен, что заказывал Деда Мороза, а не Ростислава Игоревича?

- Я как раз от Деда Мороза! - нагло заявил Рося, шагая через порог и держа перед собой шампанское как щит. Тобольцеву осталось только отступить в сторону и закатить глаза.

- А мандарины? - Дуня с улыбкой разглядывал нежданного гостя.

- Полные карманы ма...ндарин! - Рося жестом фокусника добыл из-за пазухи тюльпан. И имел наглость подарить Дуне не только цветок, но и поцелуй в щеку.

- С наступающим, хозяева! Не помешал?

Ответом ему было Ванино: «Помешал!» и Дунино: «Давай пальто, Слава».План встретить Новый год вдвоем с треском провалился. Но почему-то сердиться на Росю у Вани не получалось. Может быть, потому, что где-то в глубине души Иван понимал, почему Ракета сейчас здесь, у них с Дуней дома, а не с очередной куклой в ресторане. Потому что этот этап в их жизни кончался. Первый перешел в другое измерение Тин. Где-то на половине пути был сам Иван. Ракете было скучно и одиноко оставаться там одному - в уже уходящей реальности разгульной молодости. И хочется в общество дорогих и близких людей. А еще у его друга сложились очень теплые отношения с Дуней, и иногда это немного удивляло Ивана. Он не знал, что в один августовский вечер именно Рося заботливо вывел Дуню с танцпола и помог ей прийти в себя, а Дуня навсегда запомнила этот поступок. И с тех пор двери их дома были открыты для Ракеты в любое время дня и ночи.

В итоге бой курантов встречался в расширенной компании, а после гимна настала пора веселых тостов и активной дегустации праздничных блюд.Чего было не отнять в Росином обществе - так это того, что с ним никогда не бывало скучно. В половину первого Ракета вспомнил, что у него в машине фейерверки. И они пошли их «бабахать». В машине, помимо фейреверков, обнаружилась еще и гитара. Это Тобольцев принял уже стоически. Что теперь - не выгонять же? Новый год явно понесся по одному ему известному сценарию. И в нем оказался Ростислав Ракитянский, грохот петард и пороховой морозный воздух, а потом, в тепле квартиры, под вино и горячее - лучше хиты Роси Ракитянского. И снится нам не ррррокот космодрррома...

Космодром угомонился ближе к четырем и на диване. С бутылкой шампанского на полу рядом и в обнимку с гитарой. Ее тихие переборы были слышны даже в спальне.

- Вот принес же черт... - проворчал Ваня, прижимая к себе свою Дульсинею. В шею ему примирительно и привычно уткнулся царский нос.