Дух Древнего

Моё кредо — это разносить головы чудовищам, да метать молнии во всё, что… в общем, во всё.

— С тех пор меня воспитывала бабушка, — Тихон всё же посмотрел на меня, в глазах его застыла вселенская печаль. — Я устал, что все видят во мне отца. Говорят, что я похож на него, а я не такой. Я слабый.

— Да ладно тебе, — я протянул руку и, улыбнувшись, потрепал его за плечо, — ты же не сдался. Несмотря ни на что поступил в академию на военное дело. Уверен, с твоим умом и усердием ты станешь отличным витязем.

— Правда? — печаль в его глазах сменилась надеждой, — ты так думаешь?

— Говорю же, уверен, — улыбнулся я, — и, знаешь что, я тебе помогу. Покажу пару приёмов и так, по мелочи…

— Кирилл, спасибо, — надежда в глазах Тихона сменилась радостью. Он резко приободрился и схватился за мою руку. — Спасибо, для меня это очень много значит. — Неожиданно он смутился и, сбавив тон, прошептал: — а можешь показать родовые артефакты?

— Не вопрос, — хмыкнул я и потянулся за сумкой на соседнем стуле, — только ты ешь, сил набирайся, а то от моей помощи толка не будет.

— Угу, — Тихон бросился наворачивать спагетти на вилку, соорудил здоровенное веретено из макарон и попытался запихнуть его себе в рот.

Я же раскрыл сумку и стал доставать артефакты. Рассыпал по столу кольца и перстни. Вывалил цепочки и браслеты. Аккуратно положил два перочинных ножа.

— Ничего себе, — с набитым ртом промычал Тихон, а глаза его заблестели, — так много.

— Ну…

— А почему они такие новые? — Тихон проглотил спагетти и крутил в руках колечко, — простое какое-то, и ножики современные. Кирилл, — его глаза расширились и он горячо прошептал, — тебя обманули, это не родовые артефакты, тебе подсунули новодел.

— Не переживай, родовых всего три, — рассмеялся я, выбирая из горы украшений два старых, потёртых браслета и одно кольцо."

"Всё же приятно, что он так переживает за меня, а я оказался прав, очень уж он умный. Но именно поэтому, надо чуть приукрасить правду лукавством, а то надумает себе чего лишнего.

— Вот это, — я указал на старые украшения, — отвод глаз, полог тишины и защитный щит на тридцать гран. Остальные же новые, потому что я их сам сделал.

— Сам? — глаза Тихона чуть не вылезли из орбит, а вилка с макаронами замерла у раскрытого рта.

— Да, — пожал я плечами, — только никому ни слова, идёт? Это секрет.

— Конечно, — Тихон часто-часто закивал головой, и его очки слетели с носа. — А что они умеют? — спросил он, когда вернул очки обратно.

— Ну, — протянул я, — вот это колечко выставляет покров земли на запас в пять гран.

Я брал в руки артефакты. Рассказывал о их возможностях, а Тихон зачарованно провожал их глазами и восторженно вздыхал. Он задавал кучу вопросов, откуда я научился, как делал, как хочу с ними поступить.

Я отвечал осторожно.