Смерть дублера

В итоге он сделал уступку: убрал бумаги в ящик, который запер в сейфе, и завещал мне ящик со всем содержимым. Вот только не сказал, где их найти. Это я выяснил позже.

– Когда?

– Три дня назад.

Брови перестали слушаться Фокса и взлетели.

– Три дня, вы сказали?

– Да. В понедельник утром Филип явился ко мне в офис. В последний раз я его видел, когда ему был месяц от роду, но он сумел подтвердить свою личность, и у него были с собой копии тех приютских документов. Он потребовал миллион долларов в качестве пожертвования в пользу какой-то идиотской чуши, которую называл «РАБДЕН». Он все рассчитал. Деньги не следовало выписывать ему лично, он же не хотел платить с дохода. Каково? Вымогатель, который боится подоходного налога!

– С пряником понятно, но что служило кнутом? Угроза обнародовать бумаги?

– Ну нет. Филип – отпетый мерзавец, но все-таки не дурак. Он заявил, что пришел ко мне, потому что приемный отец платит ему нищенское жалованье – так и сказал, «жалованье» – и по завещанию фактически лишил его наследства, а ему нужны деньги на дурацкие фантазии с «РАБДЕН». Артур поступил достаточно глупо, дав ему ознакомиться со своим завещанием, и отдельное распоряжение насчет запертого ящика в сейфе, который будет передан мне, заставило Филипа почуять наживу. Говорю же, он не дурак. Он выкрал ящик из сейфа, взломал его – и сказочно разбогател. Филип явился ко мне, угрожая даже не предать огласке то, что нашел, а подать на нас с сестрой в суд, требуя компенсации за то, что бросили его, младенца, на произвол судьбы. Само собой, огласка тоже состоится, но суд выставит нас в самом неприглядном свете. Мы не могли допустить этого ни при каких обстоятельствах, и Филип это понимал.

Фокс кивнул, хотя и без особого сочувствия:

– Отчего же не заплатили?

– Потому что все это было… возмутительно. Выписать чек на миллион долларов для выплаты предъявителю? Не в моих правилах.

– Я бы не стал, но… вы могли бы."

"– Не стал и я. Более того, мне требовались твердые гарантии, что на этом все и закончится. Для начала я должен был знать наверняка, что получу все оригиналы документов, и убедить меня в этом был способен только Артур, а он не захотел встретиться со мной в понедельник. Когда я объяснял ему, зачем мне потребовалась встреча… не открытым текстом, разумеется, ведь мы говорили по телефону… В общем, он вбил себе в голову, будто я выдумал хитроумный предлог, для того чтобы поквитаться, некий способ заполучить его драгоценный бизнес. И этот упрямый осел отказался меня принять. Филипа я угомонил на день, выдав ему десять тысяч долларов. А на следующее утро Артур позвонил мне сам с известием, что ящик исчез из сейфа, но и в этом случае он не пожелал заехать ко мне в офис или встречаться где-либо, кроме собственного кабинета.