Смерть дублера

Иначе наш Джон Генри не стал бы расцвечивать свой рассказ такими подробностями.

Насупившись, Фокс потянулся к нему через стол:

– Могу я взглянуть на письмо?

– Даже не знаю… – стараясь сосредоточиться, протянула Эми. – Я пребывала в таком смятении, что ни в чем не могу быть уверена. Хотя, вообще-то… – Дернувшись, она выпрямилась. – Там был кто-то наблюдавший за всем! Дол Боннер отправила агента следить за мной!

Складывая бумажный лист, Фокс хмыкнул.

– Или совершавший обход коп мельком увидел ваши глаза, когда вы входили в здание, – сухо дополнил он. – Могу я одолжить это ненадолго?

Коллинз кивнул, потом потянулся к телефону, назвал номер и заговорил, выждав надлежащую паузу:

– Билл? Это Нат. Люблю и целую. Не сделаешь мне небольшое одолжение? Да, со скоростью света. Насчет беспечного вождения. У вас это зовется «транспортным средством». Нью-йоркские номера. ТД пять-пять – чей это автомобиль? Звони мне в офис. Премного обязан. – Он откинулся на спинку кресла и уставился на Фокса. – Ну и какие сделаем выводы? Не верю, что это выдумка какого-то психа, только не с отступлением про то, как мисс Дункан споткнулась на крыльце. Что скажешь?"

"– Точно не псих, – согласился Фокс. – Придется немного потрудиться, и начать нужно, разумеется, с владельца номерных знаков. Сомнений нет, автор письма был там, когда мисс Дункан выходила из здания фабрики, – скорее всего, в туннеле для транспорта, иначе она бы его заметила. Он стоял достаточно близко ко входу, чтобы увидеть опущенные поля шляпы и прочесть номер лимузина, если только не врет. Далее, в написанном я чувствую уверенную руку профессионала… Я бы сказал, кто-то из газетчиков. Ты это заметил?

– Что именно?

– В письме не разу не упомянут сам автор. Ни единого «я» во всем тексте. А ведь любой, кто не имеет нужной квалификации, вставил бы с полдюжины «я», даже не задумываясь. Он описывает события, которые видел собственными глазами, свой личный опыт. Рассказ от первого лица без упоминания о рассказчике требует подготовки и обретенной с годами выдержки. «Я не видел подробностей, потому что было темно и шел дождь» – вот самый естественный способ выразить свою мысль. То же и в других эпизодах. Прием достаточно простой, но если вы не знаете о его существовании, то у вас ничего не получится.

– Вы правы, – закивала Эми. – Одна из оперативниц в «Боннер и Раффрей» больше года писала для «Геральд трибьюн».

– Да неужели? – с сарказмом фыркнул Фокс. – На данный момент, мисс Дункан, вам стоило бы забыть о своей профессии детектива. В деле замешаны ваши чувства, имеющие свойство влиять на процесс построения выводов. Вы никогда не сможете простить Дол Боннер за то, что она пригубила коктейль в обществе…

– Ничего подобного! – взвилась Эми.