Последний дубль Декстера

Роберт протянул ей руку:

– Круто! Чертовски круто познакомиться с вами!

Рита так и стояла с лицом, застывшим в неестественной маске. Я надеялся только, что она не пустит слюни.

Последовало несколько неловких секунд, а потом Роберт сделал еще шаг вперед и взял Риту за руку.

– Ого, – заметил он, пожимая ее вялую ладонь. – Теперь ясно, в кого Эстор унаследовала внешность. У вас потрясающие дети, Рита.

– Ох, ахаха… – подала наконец голос Рита. – Обожемой, глазам своим не верю… я так люблю ваше… обожемой, это действительно вы!..

– Думаю, так оно и есть, – улыбнулся Роберт. Он попытался было отнять руку, но теперь Рита вцепилась в него уже мертвой, потной хваткой. – Э… – произнес он, посмотрев на меня.

– Рита, – встряхнул я ее. – Мне кажется, Роберт хотел бы получить свою руку обратно.

– Обожемой, – повторила она, отдернула ладонь и отпрыгнула назад, приземлившись точно на мои туфли. – Ради бога, простите, простите, я только…

– Да ничего страшного, – заверил ее Роберт. – Очень рад познакомиться с вами, Рита. – Он улыбнулся ей еще раз и, протиснувшись мимо нас, с облегчением опустился на свое место.

Рита продолжала зачарованно смотреть на него, как я ни подталкивал ее легонько в спину. В конце концов я не выдержал и предложил:

– Может, мы все-таки сядем?

– Ох, – спохватилась она и даже подпрыгнула, словно очнувшись. – Но я не… разве что если ты сядешь рядом с… обожемой, как я могу?..

– Ладно, – кивнул я и устроился на соседнем с Робертом месте. Спустя секунду или две Рита все-таки вспомнила, как надо садиться, и мешком осела рядом со мной.

Рита не могла успокоиться еще несколько минут; только она начинала приходить в себя, как косилась на Роберта и снова заливалась краской и принималась дрожать. Я пытался не обращать на это внимания, но ее восторженный трепет сотрясал и мое кресло. Я посмотрел налево – туда, где полагалось сидеть Джекки и Деборе. Они еще не вернулись; должно быть, допивали свое пиво и трепались с другими звездами в гримерке у Ренни. Я надеялся только, что рубашки он при этом не снимал.

Мое кресло снова содрогнулось, и я покосился на Риту. Ее левая нога дергалась как от тика. Интересно, подумал я, придет ли она в себя, когда начнется представление? Ренни придется постараться вовсю, чтобы отвлечь ее от сидящего рядом Роберта-божества. Я искренне надеялся, что Ренни сможет всех развеселить. Но что он там говорил Роберту? Что он типа не комик, а социальный комментатор? Окажется ли это достаточно смешным, чтобы прекратить конвульсии Риты? Способен ли вообще кто-то с живущим внутри Попутчиком быть смешным? Ну, то есть я-то известен своей сообразительностью, но собирать целые залы, боюсь, не смог бы.