Друзья или любовники? (СИ)

Но выбрать было нужно, и Корнеев взял тартар. Фрукты в закусках или основных блюдах он совсем не любил, в отличие от жены — она обожала любые необычные сочетания. Яр до сих пор помнил, как Лиля делала пасту из клубники с манго, намазывала её тонким слоем на кусочки какого-то необычного хлеба с семечками, а сверху клала… Что же это было? Кажется, панчетта. По-нашему — бекон. Лиле нравилось, а Яра передёргивало.

Поддерживать разговор во время обеда толком не приходилось — окружающие отлично справлялись с этим и сами. А Яр, пользуясь тем, что по другую сторону от него села Соня, разговаривал только с ней, лишь изредка отвечая на вопросы, заданные ему напрямую. А вот Лиля, как обычно, в диалоге блистала, изо всех сил флиртуя сразу со всеми мужчинами за столом, не считая отца. Ей это отлично удавалось — Яр, пару раз на мгновение оценив реакцию окружающих на смех Лили, обнаружил, что один из чиновников смотрит на неё вполне масленым взглядом. Не факт, что дальше него зайдёт, но не с этим, так с другим. Яр больше не верил, что Лиля способна на верность.

Яр с трудом дожил до десерта. И не только потому что кормили как на убой, хоть и высокой кухней, но и потому что очень хотел поскорее встать и уйти. Раньше он терпел подобные массовые мероприятия, потому что знал, как это важно для Лили, а теперь-то что? Теперь терпеть он уже не обязан. И хватит. После сегодняшнего дня надо будет хорошенько объяснить Соне, что больше никаких совместных с мамой встреч, особенно вот таких парадных. Тяжело, но чем скорее дочь это поймёт, тем будет лучше для неё.

Однако Яр зря считал, что ему осталось лишь досидеть до конца обеда, а затем немножко потерпеть дома у тестя и тёщи. Дождаться, пока станцует Соня — и сбежать. Увы, но Аркадий Максимович, как выяснилось, приготовил Яру ещё одно испытание.

Во время десерта тесть неожиданно вышел на сцену, попросив ансамбль на время перестать играть, и, взяв микрофон, заговорил:

— Как многие из вас знают, у меня всего одна дочь. И одна внучка. И я безмерно рад, что Лилия когда-то сделала правильный выбор и удачно вышла замуж за замечательного человека. Вот он, сидит передо мной. Ярослав, кивни и улыбнись, что ли. О тебе говорю!

Корнеев, испытывая желание немедленно встать и уйти, всё-таки кивнул. На улыбку его уже не хватило. Как же ему надоел этот лицемерный цирк! Хотя он понимал Аркадия Максимовича — естественно, он, как любой хороший отец, желал дочери счастья. И раз она совершила плохой поступок, стремился поскорее его исправить. Чтобы можно было спокойно выдохнуть: всё в порядке, семья воссоединилась. А Яр вот проявлял чудеса твердолобости и прощать никак не желал.

Но это бесплатно. А что, если предложить ему немного денег?

— В общем, не буду ходить вокруг да около.