Дружка (одноклассница) (СИ)

Однако, если с этой стороны посмотреть, то и отношения мамы с господином Гамовым, то есть, с ее отцом, тоже некоторым образом тянули на любовь… В общем, не стала Ника эту тему додумывать. Слишком все заумно, а у них тут свадьба, веселиться надо, а не извилины напрягать.

И все-таки на периферии сознания кольнуло что-то, странное чувство. И пришла девочка к выводу, что ни черта в этой взрослой жизни не разбирается."

"Погода снова испортилась, словно время, данное Инге на возможность исполнить свою невестинскую мечту пофотографироваться на фоне осенних листьев, закончилось. Теперь можно было ехать в тот торгово-развлекательный центр и доснимать уже там.

Все расселись по машинам. Наташа опять поехала в лимузине невесты, они с Денисом так и словом не перемолвились, но напряжение будто немного смягчилось, их снова тянуло друг к другу.

И пока Наташа переживала «быть или не быть», Ника вместе с дядьями заняла свое место в Денисовой аудюхе. Присмотреться, поговорить, послушать. На маленькой свекрухе теперь была самовольно-добровольно возложенная обязанность провести детективное расследование и вычислить всю подноготную этого Дениса.

Хотя в принципе… в принципе… мужик Нике понравился.

* * *К себе домой Арсен вернулся в отвратительном настроении. Огромный дом почему-то казался мужчине тесным, словно тут трудно дышать. Но и деваться некуда, потому что он просто не знал, где ему будет дышаться легко. Запутался. А жизнь не давала ответов.

Молча прошел в кухню, точнее, просторную столовую с дорогой мебелью, сел за стол. Жена раскладывала тарелки, вынимала еду, а он вдруг представил, если бы на ее месте была другая.

Другая, красивая, стройная, с черными волосами. И одежда на ней должна была быть другая. В черных кружевах ее белая кожа будет светиться… Он ослепнет от ее света… Ее руки…

У него сами собой закрылись глаза, и чуть не сорвался с губ непроизвольный стон. Пришлось срочно брать себя в руки, стряхивая наваждение. Потому что видение улыбающейся Наташи, хлопотавшей вокруг него, желая доставить удовольствие, было сродни яду. Сладко, но мучительно.

Жена уставилась на него испуганно:

— Что с тобой, тебе плохо?

Арсен поморщился.

— Все хорошо, — принялся за еду, не обращая внимания, что ест.

— Арсен, — робко проговорила женщина. — Не наедайся. Мы же пойдем на свадьбу…

Проклятая свадьба! Он отбросил вилку и сжал кулаки. Проклятие…

— Нет… я ничего не хотела сказать. Если хочешь кушать…

Да! Он хотел! Он хотел кушать. Он хотел разнести все к чертовой матери.

В ту минуту в столовую вбежали мальчишки, его сыновья, старший попил воды и вышел, а младший подсел к отцу. Арсен сосредоточился на мальчике. Тот что-то рассказывал ему, смялся.