Дружба народов (СИ)

Большинство — метров на двести-триста. Где-то на этой дистанции как раз наступала первая усталость и одышка. Приходилось притормозить, чтобы решить, что дальше делать.

А потом я смотрел, как учёные совершенно не интеллигентно раздают тумаки, поджопники и подзатыльники тем, кто уснул на посту.

Я был удовлетворён.

Дневник Листова И. А.

Сто тридцать шестой день. Бег на виду"

"Бестии ещё не ушли. Вокруг Алтарного хватало стай, которые могли доставить нам кучу проблем. Правда, оказалось, что у Верной Стаи был план. Ага, план! У диких зверей! Ещё и такой, до которого мы сами бы не додумались. Впрочем, это как раз понятно: мы не знали всех тонкостей их жизнедеятельности…

План был прост, но без нас «верные» не могли его осуществить. А вот с вооружёнными двуногими — вполне. И весь этот план строился на том, что горные бестии ненавидят жару. Ту самую жару, которая устанавливается здесь, на равнинах, в середине дня.

Нет, мы подмечали, что зверьё пристраивается в теньке, пережидая зной. Правда, и думать не думали, что в этот момент они впадают в оцепенение, очень близкое к смерти. Сердце почти не бьётся, кровь еле передвигается по организму. И даже сны снятся медленные, тяжёлые.

И, само собой, у бестий есть свои дежурные, которые следят за округой, пока остальные бессовестно дрыхнут. Правда, таких дозорных никогда не бывает много. А остальным сложно вырваться из сна и быстро вернуться в режим «бей-круши-жри-убивай».

Именно на этом строился весь план. Если выбраться из леса вместе с людьми и двинуться к их… В смысле, к нашему поселению вместе с нами — велика вероятность, что дозорные кинутся не в погоню, а будить остальных сородичей.

Пока нас заметят, пока проснётся стая, пока поймут, что к чему… Времени пройдёт немало. А именно время и было нужно, чтобы добраться до города. Главное — быстро бежать, метко стрелять и не задерживаться, чтобы героически помереть.

Утром мы оставили на краю Пущи и «ежей», и лишнюю поклажу. Учёным предстояло бежать налегке. Ничего особо ценного у них в вещах не было. Да и вряд ли бы кто-то в ближайшие дни позарился на их добро. Во всяком случае, из жителей Алтарного.

Когда солнце поднялось в зенит, а воздух начал дрожать, как желе, мы выбрались из леса.

И, не жалея себя, припустили в сторону города. Надо сказать, было нелегко. Бегать на такой жаре — худшее из того, что мне приходилось делать на этой планете…

Мы бежали по выжженной траве, а земля дрожала под нашими ногами и лапами. Четыре сотни человек и почти две сотни бестий неслись по прямой, от леса к Алтарному. По солнечной равнине, где то там, то тут белели костяки бедолаг, которые здесь умерли и стали едой.

А мы не хотели быть едой! Мы бежали, чтобы наконец-то вернуться домой.