Другая жизнь оборотня

Правда, иногда такую чушь нес! А нам-то неудобно было за свое счастье, мы-то себя не пойми почему виноватыми перед дураком чувствовали, то ему на день рождения машину подарим, то вообще изо всех сил бедненькому помогаем. И чем это обернулось? Как он сейчас со мной говорил, когда я его попросила полицию не вызывать? «Не имею права нарушать инструкцию»… Следовало мерзавцу так же сказать, когда он с мертвой бабой сюда примчался, на пороге плакал, умолял ему помочь. И ведь муж все уладил.

– Как? – удивилась я.

Луиза горько вздохнула.

– Не спрашивайте, рассказывать сил нет. Виктор Маркович близкого друга подключил, тот сделал так, что Герман оказался вовсе ни при чем. Знаете, как мне хочется про ту историю рассказать? Вот прямо сейчас спуститься в столовую и при всем честном народе ее выложить! Но сделать это я не могу. И не потому, что я интеллигентный человек, а потому что Герман, мерзота, меня, жену своего благодетеля, в клевете обвинит. Сделает глаза удивленные: «Я? Наехал на тетку? Ну-ка проверьте документы ГАИ, поднимите заявления о пропавших… Есть хоть какой-нибудь документ, подтверждающий слова Луизы?» А ведь и правда нет бумажек. Женщина та, судя по ее виду, бомжиха была из тех, что из деревни в деревню ходят и побираются.

Луиза выдохнула и замолчала. Я попыталась ее успокоить.

– Это хорошо, что Герман Львович отказался вашу просьбу выполнить.

– Да ну? – скривилась Шкодина. – Почему же?

– По двум причинам, – ответила я. – Первая. Вы теперь знаете, что на Леонова рассчитывать нельзя, ради вдовы покойного благодетеля он не станет нарушать правила. Я не хочу обсуждать вопрос, нравственно ли обходить закон, покрывать того, кто наехал на бродягу. Но ваш муж ради Германа рискнул своей репутацией. Если бы правда о том наезде вылезла наружу, у Виктора Марковича могли бы возникнуть большие неприятности, но Шкодин не думал о себе. Герман Львович же отказался ради вас совершить нарушение. Хотя вы никого не убивали.

– Конечно, нет, – подтвердила хозяйка. – У Феоктистова был инфаркт.

– Вторая причина, – продолжала я. – Оказав вам сейчас услугу, Герман Львович мог бы начать вас шантажировать. Например, стал бы вам частенько говорить: «Я не сообщил в полицию о подозрительной смерти гостя, прикрыл тебя, ну-ка, в благодарность за это…» – и дальше перечень того, что вы сделать должны.

– Я не подумала об этом, – пробормотала Луиза, – а ведь вполне возможен такой поворот событий.

Я обрадовалась: Шкодина успокаивается и уже способна воспринимать здравую речь."

"– Не надо бояться полиции, пусть кто-нибудь приедет. Сделают вскрытие, убедятся, что ваш гость ушел на тот свет вследствие инфаркта, и все.

Луиза встала.

– Вы правы.