Другая жизнь оборотня

Но почему с женщинами приключились все беды? Кто первопричина? Их брат, оборотень, который убил свою жену Валентину. А затем у нашего профессора началась другая жизнь! Другая жизнь оборотня – это жизнь человека, который может убить, поджечь дом… Вот вам и его третье дно. Может, и четвертое бы появилось, да профессора адвокат убил.

– Юрий Петрович сумасшедший, – вздохнула я. – Но он действовал вполне разумно.

– Экспертиза пока не закончена, – сказал Вадим, – но, на мой взгляд, нормальный человек не станет поджигать чужой дом со всеми его обитателями.

– У Горюнова разум затмила месть, – подхватил Александр Михайлович, – он посвятил жизнь этому чувству. Хотя все же, по-моему, он псих. Ладно, еще можно понять, по какой причине адвокат обрек на смерть Виктора Марковича, а в день общего собрания в кабинете Луизу, Зинаиду с Борисом, а также Анатолия, Викторию, Ларису и Веру. Но при чем тут Даша и Феликс, Антон, Нина, Кирилл, Елена и все остальные? Нет, у мужика точно крыша уехала.

Я не удержалась от возражения на это заявление Дегтярева:

– Но он же сделал для Алисы фальшивое свидетельство о рождении Юли, где в качестве отца вписан Шкодин, а это говорит о его способности мыслить разумно. И с вороной быстро сориентировался – сбегал во двор, подманил почти ручную птицу и устроил кошмар в синей комнате. Правда, Нина заметила, что адвокат на время куда-то делся, спросила, где он, но на ее слова никто не обратил внимания.

– А вот Виктор Маркович совершил большую ошибку, – заметил Феликс, – не вырезал страницу с экслибрисом из анатомического атласа, который любил рассматривать Антон. Везде удалил, а в этом томе нет.

– Зато он быстро придумал байку про вороватого пожарного, – усмехнулась я.

– Кстати, с Хватовой Юрий Петрович все здорово организовал, – сказал Вадим.

Дегтярев отложил пирожок с мясом.

– А с ней что?

Мы с Легасовым переглянулись.

– Ты не знаешь? – спохватилась я. – Горюнов запер нас всех в кабинете и ушел, чтобы облить соляркой первый этаж. Он заранее позаботился о топливе, приносил его канистрами и наливал в бочку в подвале. Но одного человека адвокат выпустил – Хватову.

– Почему? – удивился полковник.

Вадим взял с блюда кусок сыра.

– Настоящая Вера Хватова умерла, так что ей было уже невозможно отомстить. Горюнов сначала расстроился, а потом придумал хитрый ход. Он нашел в желтой газетенке журналистку, которая под псевдонимом А. С. Пущкин кропала отвратительные статейки.

– Пущкин – женщина? – уточнил толстяк.

– Да, – кивнула я. – Но все почему-то думают, что за этим именем скрывается мужчина. Горюнов стал платить журналистке, а та принялась сочинять «бестселлер» про Шкодиных.