Другая правда. Том 2

Давал списывать домашку и контрольные, писал за него сочинения и изложения, если их задавали на дом, прикрывал сначала от родителей и учителей, потом от бесконечных девок, с которыми он вечно не мог разобраться и крутил одновременно с несколькими. Подсказывал, как лучше и эффективнее выполнить поручения, которые давал ему Мытарь. Мне Мытарь тоже много чего поручал, но я справлялся самостоятельно, без Димки. Вообще Мытарь любил меня и ценил куда больше, чем Диму, говорил, что я самый толковый из его «шестерок» и только из меня одного может выйти настоящий вор. Становиться вором я не собирался, это не интересно. Но учился у Мытаря старательно. И у меня действительно получалось намного лучше, чем у других. Успехи в «школе Мытаря» ясно показали Димке мое превосходство. Уже понимая, что умирает, Мытарь при всех подарил мне свой набор отмычек, тот самый, с которым сам работал, и это стало моим первым звездным часом. Тот факт, что я лучше справлялся с уроками в обычной школе, его отнюдь не впечатлял, а вот успехи в воровском деле и высокая оценка, данная Мытарем, заставили признать, что я достоин уважения. И если прежде он принимал мою помощь, словно делая мне одолжение, то теперь он относился к ней как к благодеянию. Не ОН милостиво принимает от «ботана», зубрилки и отличника, а Я снисхожу до него и благодетельствую.

Я стал для него незаменим. Помогал ему не только реальными делами, но и советами. Для решения ряда сложных и долговременных вопросов с другими владельцами бизнеса мне нужен был свой человек в компании Горевого. И как только там, на мое счастье, освободилось место, я решил пропихнуть на него Димку. Со своими двумя судимостями и обширными связями в криминальном мире он был для Горевого идеальной кандидатурой. Да плюс моя личная рекомендация, которая в те годы весила ох как немало, не зря же я столько лет работал над своей репутацией, оберегал ее, из кожи вон лез, чтобы мое слово все воспринимали как истину в последней инстанции."

"Я поговорил с Горевым, убедил его, после чего встретился с Димкой, рассказал ему о Горевом и о том, что тот готов взять его на хорошую должность в службе безопасности и по сути поставить «разводящим», а в скором времени можно будет стать его правой рукой, если служить верно и добросовестно. И тут этот идиот меня огорошил, рассказав, что участвовал в убийстве трех человек, причем один из них – маленький ребенок! О том, что комитетчики засунули его к нацикам, прихватив на каких-то махинациях с зарубежными фирмами, я, конечно, знал, но чтобы такое… Не ожидал, что Димка окажется таким придурком. Но сделанного не воротишь, а свой человек у Горевого мне в тот момент был нужен позарез. Пришлось придумывать, как вывести Щетинина из-под удара.

Было трудно. Но в итоге все получилось.