Совсем другая любовь (СИ)

Во всяком случае, на его месте Майкл не доверился бы неопытному новичку.

— Как мне?… — вопрос Майкла оборвался на полуслове, но он заставил себя продолжить несмотря на коробящие формулировки. — Мне лечь? Или на четвереньки встать? Как? — он коротко обернулся на Джеймса, уже приблизившись к кровати и споро избавляя себя от одежды.

Джеймс улыбнулся своей потрясающей, невозможной улыбкой и покачал головой.

— Просто поцелуй меня, — попросил он тихо и обнял Майкла, увлекая его на кровать.

Майкл вжался в него всем телом, рыкнул, отчаянно поцеловав, и уже не стесняясь водить руками и по заднице, и по упирающемуся в бедро члену. Все посторонние мысли словно испарились, и сейчас Майклу было просто головокружительно хорошо. Не слишком задумываясь о том, что делает, он опустил руку и подхватил Джеймса под колено, поднимая ногу. Это было хорошо и правильно, а член сам собой скользнул по горячей коже между ног, ища отведенное ему природой место.

Долго искать не пришлось — еще секунда и головка ткнулась в сомкнутое колечко мышц. Инстинктивно пытаясь протолкнуться в него резким толчком — как это легко можно сделать во время секса с женщиной — Майкл зашипел от не самых приятных ощущений и попробовал войти в Джеймса еще раз. Однако тугие мышцы по-прежнему не пускали внутрь, что вкупе с отсутствием в том месте природной смазки, заранее обрекало все попытки Майкла на провал.

Сориентировавшись, он быстро сплюнул на пальцы, размазал слюну между ягодиц и мощно подал бедра вперед, войдя наконец в Джеймса сразу и на всю длину.

Джеймс зашипел у него над ухом, но Майклу уже было не до этого — сжав напряженное, но всё-таки отозвавшееся на объятие тело, он начал двигаться в старом, как мир, ритме. Поначалу член сжало как в тисках, и Майкл едва не кончил, но потом Джеймс выругался, дотянулся до своего члена и, начав водить по нему рукой, потихоньку расслабился. Двигаться сразу стало легче, а первый тихий стон полоснул по ушам и, казалось, — по сердцу.

Больше Джеймс не умолкал. Тихонько — видимо, помня о жучках, — он коротко стонал на каждый толчок и подавался бедрами им навстречу. Его член бился о живот Майкла, оставлял на нем длинные скользкие нити смазки, а костяшки скользящей по нему руки то и дело впивались в лобок.

— Ты так стонешь… очень возбуждающе… — прошептал Майкл, переведя дыхание. — Но слишком тихо, — на последнем слове он сам простонал, подхватил Джеймса под колени и улегся сверху, буквально сгибая его пополам.

А дальше бедра заходили сами — размашисто, ходуном, безжалостно тараня податливое и на удивление гибкое тело. Подняв на Джеймса глаза, Майкл замер на миг, а потом ускорился, срываясь в еще более бешеный темп.