Совсем другая любовь (СИ)

Выдержать взгляд Джеймса оказалось не так-то легко — А ты… - продолжил, всматриваясь вдаль. — …перестань строить из себя эталон самопожертвования. Если спрашиваю, что будет, значит, должен знать, — припечатал он и все-таки посмотрел на Маклейна. — В конце концов как командир ты обязан ответить на все вопросы, касающиеся устава и внутренней организации распорядка.

— У меня для тебя сюрприз, — колко глянул на него Джеймс. — Тут совсем другие порядки. Вышестоящий по должности сам решает, как ему общаться с нижестоящими. Если не убьет и не покалечит, то ничего ему не будет. Поэтому отвечать я не обязан. Но ты, конечно, можешь написать на меня жалобу. Уверен, взводный немедленно ее рассмотрит.

От последних слов Майкл дернулся как от пощечины — никто и никогда прежде не обвинял и не подозревал его в предательстве, и уж тем более он не ожидал услышать такие слова от Джеймса!

— Ясно. Если это все, что ты хотел сказать, я могу идти? — спросил Майкл, стараясь за холодом в голосе спрятать обиду.

— Сказать — все, — Джеймс криво усмехнулся. — Беги скорее, а то вдруг мне захочется снова уронить твой моральный облик?

Майкл хотел было ответить как-нибудь резко, колко — что не позволит Маклейну подобный тон, но вдруг понял: за Джеймса тоже говорила обида и, похоже — не меньшая.

— Никогда больше не обвиняй меня в подлости, — произнес Майкл. — Во мне полно других изъянов, чтобы приписывать еще и те, которых нет. В тот вечер я бы с готовностью встал под плеть вместо тебя, если бы это только разрешалось… — он покачал головой, посмотрел на Джеймса бесконечно долго, а потом резко отвернулся с единственным желанием сбежать как можно дальше от всех.

— Извини, — сказал Джеймс ему уже в спину, и сердце сжалось.

Майкл остановился, обернулся на него через плечо и медленно кивнул.

— Хорошего вечера, — выдавил он дежурную фразу. — И удачи с новенькими. Постараюсь лишний раз не мозолить вам глаза на полигоне.

— Да я не против, — улыбнулся ему Джеймс. — Мозоль, если хочешь.

Он развернулся и пошел в сторону тренажерки, а Майкл так остался стоять посреди коридора. Кажется, сегодня он сумел наконец понять, чем различаются улыбки Маклейна. Потому что та, что Джеймс изобразил сейчас, была абсолютно пластиковая.

Глава 12

— Сэр, разрешите обратиться, — молодой голос заставил Майкла оторваться от тарелки, хотя обращались вовсе не к нему.

Майкл поднял глаза на источник звука и немало удивился — рядом с Джеймсом стояли двое из последнего потока новобранцев, и один из них судорожно сжимал пакет, нервно переступая с ноги на ногу.

— Обращайся, — кивнул Джеймс. — Что-то случилось?

Новобранцы были из других отрядов, но за прошедший месяц начали относиться к Маклейну как к своему командиру.