Другая Сторона. Том-22. Командировка

Выяснилось, что для стабильной работы большее значение имел ранг, а не уровень. Хотя при этом тысячи последователей одной концепции прокладывали канал к источнику. Из-за этого резервуар мог иногда «подтормаживать», но не так сильно, как когда внутри сидел один единственный Глас. По словам Факира, он «прожигал» поток времени насквозь.

Алекса такая несправедливость возмущала. Он бы с удовольствием провел внутри отпуск с Евой. Но его «попросили» не портить оборудование. Мол, сделал и спасибо. Он даже задумался о прокладке личного колодца, но Факир заявил, что это невозможно и что Флут — не резиновый.

— Четыре колодца — это пока наш максимум. Больше можно, но это рискованно, — объяснил он тогда. — Нам надо проверить Колодцы в течение нескольких лет…

Так или иначе, с подготовкой лекарей проблем не возникало. Хотя все понимали, что на одних тренировках в резервуарах далеко не уедешь. Впрочем, недостатка в реальных боевых миссиях не было, и сколько бы легионов Ваантан ни произвел, всем находилась работа.

Ведь это только казалось, что армии адептов вот-вот вышвырнут врага из кластера. На деле борьба с монстрами была вопросом жизни и смерти и навсегда таковой останется. Потому что, несмотря на скромные размеры Пояса, обитаемую часть Ваантана можно было назвать островком в безбрежном океане, полным хищников.

Алекс снова невольно задумался о жизни в Радиусах — ведь великие школы находились в гораздо более тяжелом положении. Радиусы были узенькой прослойкой между галактикой и тьмой. Даже не прослойкой, а точками, разбросанными по всему периметру. Тут уже безо всяких скидок можно сказать, что адепты окружены безбрежным океаном хищников. Причем сами адепты сидят даже не на островке, а держатся за разваливающиеся плоты и утлые суденышки.

И тогда, хочешь не хочешь, но задумаешься о том, на какие жертвы должны пойти великие школы, чтобы просто сохранять шаткое положение. Ведь в отличие от Ваантана у них не было ни малейшего шанса окончательно победить врага. Даже теоретически. Нет, это не оправдывало создание Квазара, но хотя бы показывало, что великие школы руководствуются прагматичными соображениями. Жесткими, но логичными…

Наверху во дворце Великой Пустоты Алекс поделился полученным видением с Зобом и Факиром. Пусть древние имели специфический характер, но оба являлись сильнейшими мастерами пространства своего поколения. Поэтому могли понять подсказку родной Силы. К сожалению, ничего интересного они не рассказали.

— Никогда о таком не слышал, — признался Зоб.

— Это потому, что ты не связан с нашей Госпожой напрямую, — высокомерно заявил Факир.

— Бездна! Да сколько можно⁈ Я мастер пространства!

— Но не Великой концепции.

— Это не имеет значения. Силы не соревнуются между собой.